Как только девушка со стражником направились в его сторону, вылил он в бадью горячую воду из висевшего над огнём казанка. Разбавил холодную водичку для мытья, чем вызвал неподдельное восхищение от неё. Речь же насчёт тёплой воды не было. Вода и вода. Лиска бы любой рада была. И погода тёплая. Не простудилась бы. Но за заботу…Спасибо! О чём и высказалась, удивив как оборотня, так и служивого.
Готово! Забирай! Чуть отставил двуликий от себя бадью. Но вот девушка его попросила ещё чуть-чуть помочь. И тяжёлую, литров на тридцать-сорок, бадью отнести, и…
Голубоглазый оборотень посмотрел на стоявшего рядом с ней насупившегося стражника. Ещё и неодобрительно, с опаской, посматривающего на неподобающе обходительное общение со зверем.
— Пойдём к забору, — направилась она к высмотренному утром месту, более менее подошедшему для уединения, но вот стражник следом поплёлся, переваливаясь с ноги на ногу и пристукивая световым копьём по земле, освещая и себе и ей путь. — Сир? Помыться я же могу, без лишнего мужского внимания?
Напомнила Лиска, последовавшему за ней стражнику, что он мужчина. А она… видимо, он пропустил, что объект охраны девушка. Или лекарь распространяться не стал?
Сидевшие за соседним костром мужчины заржали, как кони, начали шуточки в их сторону кидать. Больше оборотня провоцировать. А что? Стражник здесь, если зверь начнёт оборачиваться… придётся ему заступиться, за бедных, несчастных людей.
— Идём… — не обращая внимания на языкастых храбрецов, направилась девушка в темноту двора. У… Один двор, больные люди, дети. Аммиачный запах такой стоял… — Здесь! — показала она, куда воду поставить и, развернув полотенце, как ширму, протянула помощнику. — Подержи так. — Он же не отказался помочь? — И не подглядывай, а то подстригу тебя по своим канонам.
Забор Лиска использовала как вешалку. И не боялась, что с другой стороны заросшего кустами участка, её вещи стащат. Даже оружие сняла. Оборотень бы не позволил свершиться воровству, предупредил, что там кто-то есть. А если молчит, значит, горизонт чист.
Вода… тёплая… восторгу Лиски не было придела. Намылилась…и вообще, все невзгоды показались сном. Вот, сейчас смоет она грязь, и окажется у себя дома. В загородном коттедже. У-у-у…
Нет, нет, какими-то зажиточными и богатыми её родители не были. Дед — не от мира сего учёный, отец — офицер, окончил военное училище, по карьерной лестнице добрался до полковника. Сын тоже туда же подался — офицер. До военных действий, глава семейства командовал гарнизоном в своём вверенном округе. Потом… потом… что было потом? Война! Отца, за заслуги повысили до генерала. За какие заслуги, Лиска не знала. Ей отец не отчитывался, редко появляясь в их убежище, за год, раза три. А вот мама… плакала. Особенно, когда узнала, что весь их город и его округи, правительство вверила ему. На его плечи взвалило ответственность. А если что пойдёт не так?
Лиска помылась, натянула чистое бельё, и начала постирушки, сидя на коленях. Отстирается окровавленная одежда, нет, то хотя бы грязь смоется, и можно будет всё высушить и положить в рюкзак. Кто его знает, что дальше? Своё родное имущество. Оно дорого.
— Что ты там возишься? — не выдержал стражник и своим копьём ткнул в сторону моющегося объекта. От светящегося наконечника копья отделился яркий сгусток света и врезался в забор, осветив на несколько секунд пространство. Лиска испугалась яркой вспышки, упав на землю, прикрыв голову. Рефлекс!
Уф! У Лиски сердце в пятки ушло. Разве можно так пугать? Подняла она голову, найдя глазами стражника, стоявшего с открытым ртом, и округлившимися от удивления глазами. Поднялась девушка, недовольно покачав головой, тем самым показав ему, что недовольно его действием. Теперь ей заново надо мыться, хорошо, что хоть трава под ногами, кожу не ободрала. А вот только одетое чистое нижнее бельё придётся снять и постирать.
Оценив обстановку, Василиска поняла, что молчаливый помощник, вообще-то, всё это время держал полотенце на уровне своей груди, и даже не делал попытку отвести глаза. Смотрел, смотрел, всё это время, и что? Это она его довольную морду в темноте рассмотреть не могла, тем более костры у него за спиной горели.
Для стражника, девушка в нижнем белье, скорее всего, оказалась неожиданностью. В красивом гипюровом нижнем белье, таком тонком, миниатюрном, в нежно-голубом цвете…
— А… — протянул стражник.
Видимо, это заразно. Лиска глазки вверх закатила, фыркнула, и отвернулась, присев перед ведром, продолжив своё занятие, стянув с себя всё. Да, да, с минуту она ещё ругалась на великом и могучем. А оборотень…
Худая? Василиска не до болезненного схуднула, выпуклые части стали меньше, талия тоньше. С распущенными прямыми русыми волосами она была похожа на утончённую эльфийку. Если бы они у неё чуть длиннее были, то смотрелась она бы лучше. Но не до красоты в оккупированном врагами городе ей было. И вообще, чем ужаснее девушки выглядели в сложные времена, тем безопаснее передвигались.
