— Три дня при сопровождении, но без пристального надзора, — торговалась Лиска, — но по мелочи, тогда что-нибудь придётся время от времени просить у тебя. Артефакторикой хочу плотнее заняться, там кое-какие материалы и ингредиенты надо будет. Личная лаборатория, как и говорила, требуется. И пару мест на карте я уже показывала. Но мне надо сейчас, и я под неё одну комнату у себя в убежище определю. Месяц высижу безвылазно, как и сказала. И до конца учебного полугодия, если и выпаду из поля зрения, только если вопрос будет стоять между жизнью и смертью. Мне требуется медицинская практика. Это в медицинские учреждения чужих империй я без специальных документов, подтверждённых магией, не попаду. И собрать консилиум, для подтверждения умений, тоже сейчас и времени нет, и не хочется отсвечивать своим именем. А если я буду оказывать простую медицинскую помощь, не магическую, тем, кто ко мне сам обратится, и на своей земле, то будут ли ко мне претензии от магического медицинского учреждения? Да-да, нет-нет! Надо уточнить такое у законников. Кэтому, ты рассказываешь мне не просто исторические, общедоступные хроники Утренней империи, но и посвящаешь меня во внутренне и внешнеполитические дрязги всех соседних и ближайших царств. Торговля, торговые отношения. Имена всех знатных личностей с подноготной на них, даже слухи. Мне бы ещё информацию об уровне технического развития всех областей деятельности. Всего! До чего и кого можно дотянуться. И… информацию о вооружённых силах, кто чем владеет, какие преимущества, слабости. Оружие…
Если бы свет кристалла падал нагу на лицо, то Лиска бы заметила, вытянутый чёрный зрачок, и ядовитые клыки, что прятались, как и у всех хладнокровных, и лишь в момент опасности или агрессивного состояния, показывались, не помещаясь в хищной пасти. И тех нагов, у кого таких клыков нет, обычно, называли ужиками. Ужиками, обычно, называли и детей нагов. Так уменьшительно-ласкательно называл её Глеб.
Ничего себе, запросы у неё? Это поблажки при наказании? Ей или для него? Да за такую информацию, что она запросила, запросто убить могут. Но прежде в пыточной запытают. Да! И ведь вспомнил он, что-то подобное она у него уже просила? Информацию? Но тогда, он думал, что всё то, требуется ей для учёбы, для формирования кругозора. Какие-то учебные образовательные журналы, книжки… Но это?.. Никуда не годилось. С другой стороны? Он сам такой информацией не владел. Хотя, хотелось. И обещать такое он ей не может.
— Что смогу… — прошипел наг, решив, что ему надо подумать. Это же сколько?..
— Я медитирую ночью, на лугу за сторожкой… — призналась белянка. — И Муру там выгуливаю, насекомых ловлю.
— Не возражаю, если в поле зрения, — прошипел наг сквозь сжатые зубы, уж больно неудобно с клыками вести светскую беседу.
— По деревням я хочу с тобой проехаться, ты мне обещал, посмотреть, что к чему, насчёт школ, — напомнила она о школах для деревенских детей. Махнул наг хвостом, дав понять, что он помнит. Хорошо!
Пока белянка с нагом договаривались. Щенок с дракошкой, сползя с дивана, переминаясь, потихоньку пошли к сидевшему в сторонке старшему сородичу. Малым уже не терпелось по своим делам сходить… Лиске тоже не терпелось, поднялась она, правда, для начала, подойдя к хвостатому, и коснувшись губами его холодной щеки, пожелала спокойного вечера.
Лиска вышла за дверь, а потом уже обратилась к шедшему за ней Лесю, спросив, отпустит ли Шамиль и его спать с ней в убежище? Ещё бы! Как будто наг бы допустил, чтобы она уединилась с щенком. Вон, с какой нежностью тот ластится к ней, трётся. Можно всё, что угодно надумать.
Переоделись, умылись в убежище, поели на кухне, только вдвоём. Лесь сказал, что не голоден, и просто сопровождал их. Марина хоть и подходила, предлагая помощь, но Лиска отказалась. Вечер. Поздно. Показала ещё на троих амбалов, стоящих по стойке смирно, сказав, что помощников хватает. А потом, прежде чем пойти на луг, отправилась в покои наёмников.
— Не заходи! — встал Лесь в дверях комнаты, выделенной оборотню-наёмнику.
— Да не собираюсь я, — фыркнула белянка, достав из нагрудного кармана серьгу и толстую иглу, воткнутую в специальную упаковку со спиртовой салфеткой. Отдала всё ему. — У тебя минута. Видел, знаешь, как делается. Время пошло!
Серые глаза оборотня вспыхнули желтым светом. На мгновение Лиске показалось, что смур не поверил ей, усомнившись, для чего она ему вручила артефакт-накопитель. Но это было лишь мгновение. Скрылся он в тёмном проёме, не издав ни единого шороха. Вернулся так же тихо, нагнав белянку в коридоре, вернув иглу, которую она приколола к своей рубашке, обмотав кончики заранее приготовленной ниточкой. Чтобы не выпала.
Дальнейший путь лежал на луг, где белянка уселась по-турецки на прихваченный маленький коврик. А оборотни, раздевшись, обернулись в хищных зверей, побежали искать добычу для нетерпеливой дракошки. Зверушка же, попыталась забраться на большего зверя, как на хозяйку, уцепившись за шею, что тому совсем не понравилось. Скинул он ящерку лапой и оскалился. А та в ответ…
