— Мне бы поесть и малыша своего покормить, хочу вперёд обоза уйти, — дотянулась белянка до своей кожаной обуви, достав из одного мягкого кроссовка монетку. Золотую! — Только у меня только это осталось. — Положила Лиска её на стол, одев, и завязав шнурки. Рыжий хозяин невозмутимо поднял голову, соображая, где взять сдачу? Поднялся, но деньги пока не взял. Наёмникам сказал, чтобы и они не торопились, сейчас завтрак будет. А то, сколько потом не смогут увидеться? — Можешь, не прощаться с ними, они ночью к тебе со стражей из города заявятся. — У-у-у… глаза округлили. У всех! — Ночью кто-то пытался моего ездового ящерка увести. А на нём охранка. Так что получили они небольшие ожоги. Но это не всё! Ночью кто-то пытался и к детям на чердак влезь. А я медитировала. К тому же, не люблю, чтобы непонятные личности лезли туда, где я сплю. Дети это одно, а вот мужчины… Лестницу я с ночным визитёром столкнула со стены. И типчик, покряхтев, убежал. А свой бы не сбежал! Разорался бы любой, кто без злого умысла. И, заметила, что он что-то швырнул под стенку. А мне показалось, что это что-то он собирался подкинуть детям. А если это что-то ворованное? Ну, не верю я в добрые помыслы таких личностей! Пришлось немного помагичать. Утверждать не могу, не видела, но слышала, как в лесу, там, за дорогой, шуршали ветками и листьями. Прятали что-то.
Наёмники переглянулись, и было кинулись в двери. Это же, если у них тайно обоз обворуют, им штраф платить. Не-нет! Так дело не пойдёт! И им не хотелось и Лиске. Остановила она их, предупредив, чтобы её в свои дела не втягивали. Сказала, чтобы сделали вид, что просто обход и проверку перед отправкой делают. И, заодно, обход территории. Если они всё вернут, то случай займут. Огласка никому не нужна. Ни простому люду в обозе, ни наёмникам. Это если бы было открытое нападение. Бой! А тут…
— Кто?.. — прохрипел хозяин таверны.
— Не ваши, не местные, но подставить, по-моему, именно тебя с детьми решили, — задумчиво произнесла это Лиска. — А предложений, случайно, не получали, продать таверну? — Рыжий насупился. Глубокая складка появилась на его лбу. Было дело. Было. — Тогда, смотрите! Если моё предложение тебе не подойдёт. Я перекуплю долг учителя. И условия для него не изменю. Будут всё приемлемо. Давай, поем, сходим к управляющему. Сразу напишу, что если ты не справишься с возложенной на тебя ответственностью, буду ждать должника в соколином имении. Мне как раз нужны простые учителя. И, на всякий случай, напишу, что провела с твоими подопечными весь вечер и ночь. И служитель это подтвердит. Мало ли?
Хозяин пошёл на кухню, по выскобленному деревянному полу. Чисто. Да, место у него не проходное, останавливаются на постой, в основном, работяги, везущие грузы с местных аналогов добывающих предприятий. Но, как догадывалась белянка, проходили здесь и браконьеры. Место здесь не приметное.
— Родин, — произнесла Лиска ему в спину. — Дети у тебя хорошие. Если откажешься, я их заберу. Всех!
Как же быстро идёт время⁈ На некоторое время Лиска осталась в помещении, заставленном деревянными столами и лавками, вдвоём с пострадавшим наёмником. Привалившись к стеночке, он не сводил с неё глаз. Потом, всё же не выдержал испытание тишиной.
— Ты же девочка, и не боишься без сопровождения ездить? — лекарства, видимо, подействовали, так как в его голосе не слышалось отголосков недавней боли.
Забрала Лиска со стола свою золотую монету, зажав в кулаке и, пошла к мужчине, развязывая по пути шнурок на капюшоне. И сидел он ещё так, вальяжно на лавке, расставив ноги. Дракошка, пригревшись, расслабленно разлеглась на её плече.
Слишком близко она подошла к наёмнику, поставив одну ногу на лавку. Ни по-девичьи. Секунды три дала ему привыкнуть к своему присутствию и приподняла капюшон, в упор, посмотрев в ясные очи. У-у-у… отшатнулся мужчина, дёрнувшись назад, ударился спиной и головой о стену. Замычал от пронзившей боли. Лавка шатнулась. И вообще он чуть не грохнулся под стол.
— Ну вот! — хохотнула Лиска, отстранившись и направившись к своему месту. И уже серьёзно сказав, что сам он ответил на вопрос. И как можно не бояться? Страх лишь мёртвый не имеет, как и совесть.
Вернулась Лиска на свою лавку. В груди тоской потянуло. Когда-то, казалось ей, где-то в другой жизни, она и не знала, что такое страх и стыд. Осторожность? Да! Покровительство семьи, дорогих мужчин: деда, отца, брата… вселяли вселенское бесстрашие. А теперь⁈ Чувствовала она себя эгоисткой. «Я… я… я… мне… мне… мне…». И в душе благодарила крёстного, что не стал он открыто опекать её. Вытащила белянка из-за пазухи его дар: артефактный камешек, сжала в кулаке, произнеся, что всё с ней хорошо, идёт от Малого города с обозом в сторону Больших лугов, жива, здорова, завтракать собирается.
Наёмник очухался от потрясения. Ужасные глаза, конечно, у девушке. Но… она ему помогла, а он?.. Поднялся мужчина и перебрался к девушке за стол, чем насторожил шаму, фыркнувшую на постороннего. Хотел он спросить её о магическом даре, о котором она ему так уверенно сказала, а сам…
