Жарко было и от мужского тела, жар шёл и от горящего и потрескивающего костра, что, как она поняла, находился прямо перед ней, и под ней живая грелка. Глеб полулежал, облокотившись на сложенные ветки, а под его колени подобрался Сладкий в своём хищном обличие. Ёрзал он под ней, видимо, виляя хвостом. Мало того, ещё и её голые ступни в захват взял, играл с ней, облизывал, покусывал, обнимая лапами, ну и грел. Хулиган! Глеб время от времени осаживал заигравшегося паршивца. Лапку свою тяжёлую опускал тому на голову. Хватало ненадолго.
Запах жареного мяса достиг проснувшихся рецепторов, желудок издал тоскливую ноту. Есть хотелось, но пить больше. Язык у неё к нёбу присох. Прежде чем Глеб почувствовал её пробуждение и спросил насчёт еды. Дан прислал картинку со стороны, где она сидела у костра в окружение двух десятков оборотней, находившихся кто в человеческой форме, а кто в звериной ипостаси. И не там, где уснула, а у того ручья, что показывал раньше.
Мужчины они везде мужчины! Хоть двуногие, хоть хвостатые, хоть рогатые. Разговаривали об охоте, охотничьих угодьях, загонах, ловушках. Где, что, как? Мужчины!
— Пить… — прошептала белянка. Глеб потянулся и, достав её рюкзак, всунул ей в руки. Видимо, решив, что вода у неё в рюкзаке. Высыпала она с него содержимое прямо на землю. Немного там. И ничего напоминавшее тару с водой. Выбрала маленькое полотенчико и мыльницу. Глеб понял посыл. Поднялся вместе с ней на ноги и пошёл к воде. Взглядом она поймала настороженный взгляд Ярца. Что хотел проследовать за ними, но старший не открывая рта, издал утробный рык. И тот остался.
— Вода здесь чистая, родниковая, можно пить, — поставил он её, но Лиска не устояла. Мышцы после стольких часов езды не слушались. Да и поза, в которой она отдыхала, не очень благотворно повлияла. Глеб удержал девичье тело, опустился с ней. — Хвост хочется твоему отцу откусить. — Пробурчал низким рычащим голосом. Запустил свою руку в ручей, зачерпнул воду, поднёс к её лицу.
Если он ещё сомневался, примет такую помощь девушка, то Лиска не сомневалась в своих действиях. Притянула его руку поближе, прикоснулась своими сухими губами. Она была уверенна, что Глеб не причинит ей вреда. Не тот он человек… мужчина… самец…
— Ещё… — и только утолив жажду, спросила она о возможности помыться. Всё-таки два дня в пути.
— Здесь маленькая заводь есть, — поднялся он со своей ношей, и понёс. Недалеко. От основного ручья был сделан отвод, где за день вода нагревалась. И практически всю ночь сохраняла приятную для тела температуру. Да и камни, что окружали заводь, долго сохраняли тепло дня.
Яркий свет полной луны прилично освещал островок, спрятавшийся в лесной чаще. И даже дно той самой заводи просматривалось.
— Маленькая?.. — хмыкнула Лиска, увидев то, что он назвал маленькой заводью. И не глубокой. Это ему, наверное, по грудь. А ей? Да по макушку и больше.
— Боишься?.. — выдохнул оборотень ей в губы.
— С тобой — нет!
Тушка маленькой магички его не интересовала, на её честь он и не посягал. Тут было нечто другое. Отношение! Он давно свыкся, что его побаиваются, и не только самцы. Огромный, сильный, свирепый. Да и в хищной ипостаси не в меру агрессивный. Нет в нём той хоризмы, которой самцы самок привлекают. Только подавляющий флёр вожака. Хозяин! Приказ — чёткое выполнение. А она…
Лиска не боялась. Он её чувствовал. Она восторженно смотрела в его чёрные, как ночь глаза, в которых мерцали желтоватые крапинки. Смотрела сначала на него, потом на звёздное небо. Сравнивала. И не стеснялась об этом говорить. Прямота и бескорыстность подкупала. Но также подталкивало проверить предел.
— Я тебя полечу?.. — присев на корточки, провёл оборотень языком по её пострадавшей щеке, губам. А присел, думая, что девушка испугается его предложения, и начнёт вырываться. Так хоть с высоты его роста ей не придётся спрыгивать. Удерживать же он её и не собирался.
— Нет… — замотала белянка головой, отчего Глеб облегчённо вздохнул. Вот! Нормальная реакция! — Сначала помой, а то я два дня в пути, все подворотни собрала, и массаж хочу…
Да… реакция… Оборотень в ступор впал. Лиска улыбнулась и сползла с его рук на землю. На четвереньках отползла в сторону. Стянула с себя кофту, рубашку, штаны.
— Обалдеть, песок даже в нижнем белье… — потрясла она спортивный топ.
— Где ты песок нашла? — задал оборотень закономерный вопрос.
— Где, где? — фыркнула она, избавившись от нижней части своего гардероба. — В долине смерти в бурю попала. С Больших лугов через портальную арку в прибрежный город переместилась, а оттуда сюда — в Восточный. Нормально так прогулялась!
— Нормально… — недовольно пробурчал низким голосом оборотень. — Но ты не говорила, что придёшь.
— Не говорила, — подтвердила она. Понимая, что злость направлена не на неё, а на беспокойство за неё. Родители бы за такое поругали, а брат бы не пощадил, ремнём бы отходил по мягкому месту. А муж?..
— А если бы не дошла?
