Снег обрадовался солнечному свету и заискрил, заплясал росчерками огоньков. Начищенным серебряным подносом била в глаза озерная гладь, скованная ледком. Чуть заметные дымки поднимались от домиков горцев вверх, истаивая в голубом небе.
– Красиво, – прошептал Ултер.
Волосы Вилеи лезли в глаза, щекотали лицо, но он не отстранился. Обнявшись, они сидели в ветвях горной сосны, болтали ногами в пустоте обрыва и радовались утру. Ултер увидел, как по улочкам Пайгалы заметались маленькие людские фигурки. Они сталкивались друг с другом и вновь разбегались, снуя между домов. Затем людишки сбились в толпу и покатились в их сторону вверх по склону. Ему показалось, что впереди бежит Хоар и трясет над головой палкой. Он украдкой посмотрел на счастливое лицо Вилеи и ничего не сказал.
Тумма разминал кисти рук, разгоняя кровь, и грел ладони, готовясь к привычной процедуре. Госпожа Элса уже разоблачилась и двинулась к массажному столу, кутаясь в покрывало, когда ее остановил робкий стук в дверь.
– Кого там принесло? – прикрикнул Сивен.
В последние дни наместник выглядел раздражительней обычного, и внезапные вспышки гнева случались все чаще и чаще. Испуганные рабы ходили по стеночке, вздрагивая от каждого звука, и косились на столб наказаний во дворе, где пороли провинившихся.
«Кто это такой смелый?»
– Простите, сиятельнейший! – Кланяясь при каждом шаге, в комнату вошел человек, которого рабы боялись не меньше наместника. Фигура, укутанная в хламиду, в приметном островерхом капюшоне, скрывающем лицо, приблизилась к наместнику, склонилась в глубоком поклоне и протянула свиток.
– Неужели это так важно, – багровея, процедил Сивен, – чтобы отвлекать нас именно сейчас?
– Что там, Сплетник? – спросила Элса, игнорируя мужа и забирая послание. Зашуршал разворачиваемый свиток, и супруга наместника углубилась в чтение.
– Сиятельнейшая, – прошелестел человек в хламиде, кланяясь повторно.
Рабы дрожали от одного имени Сплетника. Больше всего их пугала неизвестность – ведь никто доподлинно не знал, кто скрывался под капюшоном, а догадки лишь множили страхи. Очевидно для всех одно: Сплетник – кто-то из своих, из многочисленной толпы челяди, проживающей в имении. Но вот кто? Боялись его не зря – от внимания незнакомца ничего не ускользало, и хозяевам становилась известна любая оплошность слуг, поэтому место у столба не пустовало.
Сплетник, пятясь задом и беспрестанно кланяясь, двинулся обратно.
– Погоди! – щелкнула пальцами Элса и встряхнула свитком, передавая мужу. Тот нехотя принял послание и уставился в него. – От кого пришло? Когда?
– Только что. Я проходил мимо библиотеки, сиятельнейшая, когда опустился голубь. Самолично забрал послание в башне у чокнутого Колума…
– Пишет наш человек в горах? – прервала госпожа.
– Да…
– Соль!! – раздался рев Сивена. – Разорви меня надвое Пагот-хохотун – соль!!! Розовая соль – у козопасов! – Сивен вскочил с кресла, тряся свитком. – Недаром завтра Паготовы празднества! Смейся, Пагот! Бог лично явил свою милость, Элса!
– Каким образом? – скривилась женщина. – Подкинув соляные россыпи в родовые земли наших упрямых соседей?
– Это в духе Пагота! Не слушай ее, Хохотун! – подняв голову к потолку, он проревел: – Это отличная шутка, о Превеселейший! – Наместник схватил чашу со столика, выплеснул под ноги половину, приветствуя бога, и выпил остаток одним глотком.
– А теперь, Элса, шутки в сторону. Оставим шутки богам. Мы спасены. – Подойдя к широкому рабочему столу со многими свитками и расстеленной большой картой провинции и сопредельных земель, Сивен уставился на нее и почесал макушку. – Эй, там! – крикнул он.
Элса поморщилась и звякнула серебряным колокольчиком.
– Сиятельнейшие. – В дверном проеме показался угодливый раб.
– Зови Крента. Немедленно, – бросил Сивен, не оборачиваясь.
Раб исчез, а Сплетник замер у стены. Чернокожий великан и бесформенная фигура в хламиде с капюшоном застыли друг против друга живыми статуями.
– Мы спасены? – переспросила Элса, подходя к массажному столу и присаживаясь на край. – А мы что же, погибали?
– Беспорядки в Колодце ударили по нам сильнее, чем я думал, – нехотя ответил Сивен, жалея, что сгоряча сболтнул лишнего. – Военные в Арне выгребли внеочередную партию масла, и склады внезапно опустели. Лига меча тайком готовила кампанию против толгувов и теперь наконец разродилась громко заявить об этом…
– Но Фракс говорил, что Лига посматривает на Дорчариан, – прервала его Элса. – Я думала…
– Проклятие! – грохнул по столу кулаком Сивен. – Я передал нашим друзьям в столицу то же самое. Хмутра свои же обвели вокруг пальца – у тысячника не хватило бы духу врать!
– Значит, Лига меча собирается вовсе не в Дорчариан, как мы надеялись… – задумчиво повторила Элса, теребя в руках край ткани. – Кроме того, они забрали масло – на что имели полное право перед войной – и теперь обязательства перед Торговым союзом не исполнены… Мы не поставили до́лжный объем масла, верно?
– Верно, – присмирел Сивен. Едва речь зашла об Арне и старших партнерах из Торгового союза, его гнев испарился.
