Наконец дверца с шумом захлопнулась. Шофер дал сигнал, и машина тронулась. Те, кто не смог уехать, отправились на поиски попутной машины. А те, кому повезло, весело улыбались, будто одержали какую-то победу. Кое-кто вез с собой объемистую сумку с продуктами: их легче было купить в хорошо снабжавшемся магазине при строительстве. И все вслух делились планами о том, как они проведут время в Софии.
— Я, как приеду, — говорил Весо, — сейчас же под душ, а потом за билетами в оперу.
Позади двое уговаривались встретиться в пивной:
— Не знаю, смогу ли.
— Приходи, чего там! Жду тебя в девять.
— Не знаю. Я тебе позвоню. Посмотрю, как дома обстановка сложится.
— И ты спрашиваешь разрешения у жены?
— Как все мужья. А что это Сиджимкова не видно? Ты ему сказал о нашем уговоре?
— Сказал, не беспокойся. Он пристроился в машине главного инженера.
Траян Евтимов молчал. Ему было как-то неловко, что и он оказался среди тех, кто любой ценой старался ускользнуть в конце недели в город.
В сущности он не испытывал особого желания попасть в Софию. Ужасно неприятно, когда знакомые начинают расспрашивать о строительстве и о его работе. Что он может сказать о себе? Сменный инженер какого-то заброшенного туннеля. Но Дора часто звонит и сердится, что он уже больше месяца не был дома. А теперь, когда начнут строительство шахты, придется бывать в городе еще реже.
Убедившись, что полная реорганизация работы в туннеле не удастся, Евтимов стал обдумывать другие возможности ускорения проходки. Он поддержал предложение Ольги. Тем более, что и в его проекте предусматривалось строительство шахты для ведения проходки еще в двух направлениях.
После долгих обсуждений это предложение было принято руководством. Но в то же время недовольство против Траяна росло. Одни невзлюбили его за то, что он относился к ним свысока, другие воспользовались тем, что он не всегда посещал собрания, и всюду рассказывали, как он не слушает ничьих советов и один решает все сложные вопросы.
В Гидропроекте высказались за его увольнение и наказание. Но Божил Божинов решительно выступил против. Остановились на компромиссном решении: Траяна отстраняли от работы в туннеле и посылали в Буковицу для сооружения шахты. А предлог выдвинули такой: идея шахты принадлежит инженеру Евтимову, так кому же, как не ему, претворять ее в жизнь?
Траян знал, что в Гидропроекте не особенно верят в его успех, считают, что он со своим проектом шахты непременно провалится. А Тошков старался держать Евтимова подальше от управления, чтобы тот не мог рассказать о его промахах.
Разрабатывать проект шахты было поручено Ольге. Теперь она чаще бывала на строительстве, и ее уже не могли упрекнуть, что она не изучает на месте условий работ. Значило ли что-нибудь для Траяна ее участие в работе?
Не раз во время бесконечных совещаний ему хотелось бросить все и уехать, но появлялась Ольга и что-то удерживало его. Одна мысль, что она приедет, доверчиво попросит его совета, оживит все вокруг своим застенчивым лукавством, придавала Траяну бодрости, делала самый пасмурный день солнечным, праздничным.
Автобус вдруг остановился. Евтимов в недоумении посмотрел в окно и увидел, что это уже София. Он вышел из машины, пересек улицу. Рюкзак с бельем, который он нес, держа за ремни, ударял его по ногам.
Шум, уличная суета прервали ход его размышлений. Он стал думать о доме. Траян любил приезжать неожиданно, чтобы сделать Доре сюрприз, и оттого никогда не звонил заранее. Дора как будто еще сильнее радовалась, когда он появлялся вот так вдруг, без предупреждения. Дальше все пойдет по заведенному порядку: Траян отправится в ванну, потом будет бриться, а Дора накрывать на стол и поминутно заглядывать к нему, чтобы рассказать обо всем, что произошло в его отсутствие. Потом придут ее родители или они сами отправятся туда.
Сегодня Траяну никого не хотелось видеть. Они побудут с Дорой вдвоем. Ему так много надо ей рассказать.
Открывая входную дверь, он неожиданно почувствовал досаду, неприязнь ко всему городскому, к этим людям, которым живется спокойно и легко. Они только все отрицают, бесконечно брюзжат, не имея ни малейшего представления о том, что творится там, в двух шагах от города, — о борьбе, лихорадке строительства, о трудностях, возникающих каждый день. Он подумал, что на строительстве у него не остается времени прочесть газету, а теперь он проведет полтора дня в полном безделье. За это время можно было бы докончить чертеж помпы и прикрепить желоб к верхней галерее (это было его предложение), чтобы более быстро и легко удалять грунт и скальную породу.
…Дора ходила за ним по пятам, помогала доставать вещи из рюкзака, стояла рядом, пока он брился.
— Рассказывай, Траян!..
А сама без конца перебивала его, не давала ему произнести ни слова.