Роберт с одной стороны по-мужски понимал Хиддлстона. Даже на первый взгляд Эштон не была земным ангелом. В каждом её движении, взгляде, вздохе сквозило холодное презрение к миру, пренебрежение к самой себе и всем остальным. А уж стиль общения с головой выдавал истеричную особу, требующую внимания вкупе с жаждой быть в центре событий. Роберт вздохнул. Таких дамочек лучше держать либо как можно дальше, либо в ежовых рукавицах. И при этом самому иметь не только крепкие нервы, но и стальные яйца.
— Да уж, чем её, так лучше Виндзора в жопу пялить… Хотя хрен их знает, может это так и есть.
Запахнувшись по-сильнее в полы куртки, он поёжился, и втянув голову в плечи, задремал в машине тем невесомым легким сном, которому научился за годы службы в полиции, и до этого в спецвойсках. Можно было смело сказать, что этот волчий сон, урывками, стал его дурной привычкой. Как только объявится Сэм, он позволит себе ненадолго вернуться домой, принять горячий душ, и растянется на кровати до самого утра. А затем вернется к работе.
====== Часть 40 ======
Спустившись по лестнице, Томас застал Натали за ритуалом кормления монстров. Монстры, виляя толстыми волосатыми хвостами и делано ворча друг на друга, поутыкались мордами в миски, аппетитно чавкая чем-то влажным, и, видимо, очень вкусным.
— Доброе утро. А тут только шерстяных мешков кормят? Или кожаным тоже что-то перепадёт? — поинтересовался он, подходя к девушке, стоящей у кухонного стола, и что-то там режущей. Обняв ее, он поцеловал Натали в висок. Девушка, игриво потеревшись о его бедро ягодицами, хитро взглянула на него через плечо.
— Ну, шерстяные не спят до обеда, чтобы потом не клянчить завтрак. Выспался?
— Вполне. Сколько я проспал? Часов десять?
— Около двенадцати. Кофе?
— Пожалуйста, — устраиваясь за маленьким обеденным столом, отозвался Томас, — Надо сказать, что из нас получилась вполне приличная семья!
— О, уже шутишь… Значит и правда пошёл на поправку, — усмехнулась девушка. Вид у него был и правда посвежевший. Натали, поставив перед ним кружку со свежесваренным кофе, скрестила руки на груди, и внимательно посмотрела. Томас, отпив бодрящий напиток, встретился с ней взглядом. Она молча ждала от него объяснений.
— Я так понимаю, что должен что-то сказать?
— Было бы не плохо, — мягко улыбнувшись и подсаживаясь к нему за стол, отозвалась она.
— Эм… Я даже не знаю с чего начать.
— Начни с того, что считаешь важным.
Том, поерзав на вдруг ставшим неудобным стуле, почувствовал, что паникует.
— Хммм, — собираясь с мыслями, промычал в кружку с кофе он, — Нат… Я… Совершил ужасную, чудовищную ошибку по отношению к… Даже не знаю… Ко всем и в первую очередь по отношению к самому себе. Наделал таких вещей, за которые, если честно, мне очень стыдно. И я не знаю, как выкрутиться из неприятностей.
— Даже так?
— Угу. В общем, я попал в историю, по ходу которой могу остаться не просто на обочине, а подвергнуться громкому уголовному скандалу, — с трудом подбирая слова, Томас пытался хоть как-то объясниться с Натали. Та не торопила, попивая кофе и лишь искоса поглядывая на него.
— И что, неужели нет выхода?
— Пока не знаю. Или не вижу выхода. Если честно, то я еще не успел подумать над возможным решением.
— Так может стоит обратиться к компетентному человеку, который разбирается в вашей юриспруденции, если дело идёт к уголовному разбирательству.
— Представляешь, каких масштабов может достичь скандал, если всё всплывёт? Мою карьеру, от которой и так уже почти ничего не осталось, просто можно будет выкинуть в мусорное ведро.
— Так ты жалеешь только свою карьеру?
— Уже и не знаю. Оглядываясь назад, я в целом горжусь достигнутым. Но сейчас выбор стоит между, как ты сказала — остаться человеком, или выбрать карьеру. Я не знаю, как жить без своей работы. Она, по большому счёту, всё что у меня есть. Но и превращаться в последнего ублюдка, знаешь ли, не хочется.
— А как же семья?
— О них я тоже думаю. Не представляю, как будет больно матери, когда она всё узнает. Если я пойду на уступки, то потеряю не так уж и мало. В том числе, и тебя, скорее всего, — Томас внимательно взглянул ей в глаза. Девушка смотрела открыто, без тени паники в зелено-карих глазах.
— А если не пойдешь?
— Придется искать другую работу, — усмехнулся он, — Если возьмут хоть куда-нибудь.
— Ну, в мире не так уж и мало достойных профессий, родственных твоей. В конце концов, ты же имеешь опыт, можешь открыть свою школу актерского мастерства… Альтернативу всегда можно найти. Сам подумай, ты же еще жив. А значит не всё потеряно.
В тишине крошечной, но вполне уютной кухни они сидели друг на против друга, глядя в глаза и допивая остывающий кофе.
— Тебе не кажется, что ты сгущаешь краски?
— Думаешь?
— Думаю, что ты пытаешься предугадать результат заранее. В мире столько неизвестных и непредсказуемых факторов, что ты просто не можешь знать, как именно в реальности всё будет, — хмыкнула Натали,— Может, попробуешь сперва поговорить с понимающим в этом деле человеком, а потом подготовить свою семью, если ситуация и правда чрезвычайная.
