— Наверное, я пойду домой, а ты…я не знаю, что будешь делать ты, — пытаюсь увернуться от ответа, превращая это все в саркастическую шутку, пожимая плечами.
На заднем плане замечаю, что уже человек пять прошло, ошеломлённо озираясь в нашу сторону, из-за чего чувствую себя немного неуютно.
Кирилл закатывает глаза, недовольно фыркая, но понимает, о чем я говорю.
— Я буду чекаться в «Рэд Клабе», потому что приблизительно через пять-шесть часов у меня концерт, — он обычно разводит руками и начинает посмеиваться.
Я только выдыхаю теплый воздух, и то и дело озираюсь по сторонам. — Ты придешь? — довольно заинтересованно спрашивает он, прожигая меня своими лучистыми глазами.Я отрицательно качаю головой, на что получаю возмущенный взгляд. — Почему?
— Наверное, потому что не хочу, и у меня нет билета? — передразниваю его я, вздергивая брови наверх.Вижу, как он расслабляется и выдыхает после моих слов.Кирилл достает телефон из кармана, что-то быстро пролистывает в нем, словно что-то проверяя, и убирает обратно.
— Билет — не проблема, — язвит он.Я покашливаю, утирая рукой обветрившиеся губы.
— А мое нежелание никого не касается, да? — спрашиваю я, делая шаг назад.
— Я думал, ты захочешь прийти, по крайней мере у тебя всегда есть такая возможность, — жантильно бросает он, снова подвигаясь ближе ко мне. — Я буду тебя ждать, малая, — с этими словами он гладит меня по волосам, целуя в голову и, улыбаясь направляется к машине.
Я остаюсь на месте, провожая его взглядом.Ловлю на себе любопытные глаза студентов, что выходят из здания университета.Быстро отворачиваясь, поправляя свои растрепанные волосы, и медленным шагом плетусь по тротуару, направляясь к мосту на той самой набережной.
В голове эхом отзываются слова Кирилла:«…Я буду ждать, малая,».Теперь у меня есть приблизительно четыре-пять часов подумать и решить: идти мне или нет.Утыкаюсь глазами в мокрый асфальт, засунув руки в теплые карманы пальто, и снова раздумываю об последствиях.Кажется, что у меня случится гребаная паническая атака из-за большого скопления людей, громкой музыки и ужасных воспоминаний.Но вдруг, я смогу испортить только что наладившиеся отношения с Незборецким лишь тем, что не удосужусь придти на его концерт.Мою голову разъедает от таких тяжелых мыслей.
По дороге домой решаю позвонить сестре и удостовериться, что с мамой все в порядке или узнать про ее самочувствие.Лиля перезванивает мне второй раз и все подробно рассказывает.Оказывается, что мама сильно заболела, а именно пневмонией.И из-за того, что долго сидела дома, не подпуская к себе врачей, запустила до худшей стадии.Теперь ее шкала здоровья медленно, но верно движется от бордово-красной до ярко-зеленой.Эти вести меня немного успокаивают, я ощущаю меньше беспокойства, чем обычно.Как подвернется возможность, я обязательно приеду в Петербург, навестить родных.
Заваливаюсь в теплую квартиру, бросая сумку на пол, и прямо в одежде плюхаюсь на диван, попутно выбираюсь из пальто, откидывая его на рядом стоящее кресло.Складываю руки на животе, прикрывая глаза.Погружаюсь в свои мысли и, кажется, что теперь у меня появилась некоторая аддикция от Кирилла.Такое чувство, что чем-то обязана ему, хотя, наверное, так и есть.Вытаскивать меня с очередной пьяной вечери пришлось именно ему.И все-таки меня будет изнутри грызть совесть, если я так и не схожу на его дебютный концерт, который он, как раз, и считает расплатой за его помощь.
Неохотно смотрю на наручные часы, тяжело выдыхаю и сажусь на диване, упираясь ладонями об мягкую поверхность.Привстаю, лениво переплетая ноги, направляюсь к шкафу, в котором Евстигнеев и Незборецкий прятались пару дней назад.Напяливаю на себя черную водолазку с горлом, заправляя ее в широкие темно-синие джинсы.До выхода у меня есть еще пара часов, которые я провожу с кружкой горячего кофе с молоком и пару новых серий сериала.
На голове решаю оставить распущенные волосы, выпрямленные и оставленные лежать на спине одной густой массой.
При выходе из дома натягиваю на себя все то же черное прямое пальто, а на ноги думаю нацепить любые темные кеды.Открывая подъездную дверь на душе чувствую необычную умиротворенность, которую раньше мне доводилось редко испытывать.
Только когда подъезжаю к подсвечивающемуся зданию, где красными огнями выведено «RED», задаюсь вопросом, как я попаду внутрь без билета, и как буду выкручиваться перед охраной, которая явно отказывается понимать что-либо.Решаю встать в самый конец вечной очереди фанатов, которые галдят так, что слышно, наверное, даже в здании.
Иногда озираюсь по сторонам, достаю телефон, заходя в список контактов.Палец крутится над именем «Кирилл», но никак не осмеливаюсь нажать.
Спустя несколько минут раздумий, я все-таки отправляю ему смс-ку:«Если я приду, то как попаду внутрь?».На что моментально раздается звонок, и снова сладкозвучный мужской голос улавливают мои уши.
— Ты все-таки придешь, — язвит он, усмехаясь.Я лишь расплываюсь в улыбке, переступая с ноги на ногу.
