Первый вечер новых любовных отношений начался с посещения юбилея общей знакомой. В мире так много разных интересных людей, с завораживающей биографией, с впечатляющими судьбами. Каждая такая встреча с лучезарным человеком может повлиять на тебя и украсить твою собственную жизнь. К сожалению, за общим столом подобралось другое общество. Такое чванливое, чопорно смеющееся и обсуждающее других людей. Кьор и Сагэ коротали вечер в окружении престарелой пары, некогда имевшей совершенно другой статус. Так решил список гостей и таблички с именами наших вновь влюбленных, указав им на их место в этом вечере. Все было не важно – они вместе, что чувствовалось в словах, прикосновениях, взглядах.
В роскошном зале «La d’Arentinno» на лицах женщин была обязательная формально-искусственная улыбка, а на мужчинах черный смокинг. Беседы велись сплошь светские, перемывание косточек вылетевшим из этого круга былых друзей – обычное дело. Пока нерасторопный персонал занимался вопросами транспортной логистики устриц от кухни и до светского стола, его обитатели тешили себя разговорами околофилософской тематики. Во всяком случае, они верили в это, а разубеждать их никто не хотел, да и было некому. Под такие умозаключительные беседы время тянулось быстрее, и желанное лакомство становилось ближе к своему скорейшему поглощению. Первым предложил тему седовласый мужчина из пары, что напротив. Нахмурив брови в изумлении, покачивая в одной руке бокал, а в другой закуску на вилке, вдруг спросил:
– А что есть цена удовольствия? Кто-нибудь знает?
Кьор и Сагэ делили эти минуты на двоих, они смотрели друг другу в глаза и не обращали внимания ни на что вокруг. Все знают, что такое поведение влюбленных порядочно нервирует другую часть общества, члены которого, за долгие годы уже охладели к своим близким. Витавшее напряжение почувствовала Кьор и парировала, бросив небрежно фразу через свое хрупкое плечо, не сводя глаз с Сагэ:
– Говорят, что нет цены удовольствия, но как же? Гастрономические требуют денег. Пицца стоит денег, и вода стоит денег, и что еще вы там любите, тоже стоит денег.
Никто не понял данное высказывание. Тишина с некой растерянностью пронизывала сидящих за столом. Было странное ощущение, никто не знал, как реагировать. Вдобавок высказывание затрагивало строго табуированную тему, тему денег. В возникшей тишине слышны были только тихое гоготание и причмокивания от соседнего столика. Пауза затягивалась.
Как ни странно, с момента рождения мы подвергаемся нападкам со стороны отдельной группы людей. Не важно, кто они: завистники, глупцы, лентяи. Они норовят ужалить, укусить в тот момент, когда не готов, когда ты упускаешь из виду самые незначительные действия и течения жизни. Словно кусок мяса, которым якобы широкая общественность мечтает завладеть, причем самой лакомой частью. В этой части человечество не сильно продвинулось вперед, а мы не сильно отличаемся от жизни по законам животного мира. Нет разницы, юрист ты или художник. Любители мяса вокруг, они есть в любой профессии. Наша персональная задача сделать так, чтобы наше мясо в их зубах стало смертельным препятствием. Надо помнить, какие бы острые зубки не были, они легко ломаются о зажаренный стейк. Радует, что среди нас есть добрые сердца, которые поддержут, подставят свое плечо под неминуемый укус. Они и двигают человечество вперед, вместе с грузом малой части вредных людей. К счастью, последних значительно меньше, просто они разбросаны по всему свету и встречаются каждому.
Понимая эту простую истину, Кьор и Сагэ всегда всячески поддерживали друг друга, не давая разрывать плоть острыми зубами недоброжелателей. Охраняя друг друга, спина к спине, они были против целого мира, при этом безумно его любив. Даже если бы кто-то в этот вечер нашел бы смелости начать дискуссировать и перечить Кьор, Сагэ нашел бы пару лаконичных и под стать этому вечеру элегантных фраз, чтобы указать на место, которое человек должен занимать, но по какой-то неведомой причине покинул эту границу. Все было спокойно, фразу Кьор так и оставили без комментариев. Более в этот вечер их никто не донимал с глупыми и не имеющими смысла монологами.
На одно и то же мероприятие они смотрели совершенно по-разному. Сагэ извлекал выгоду в пополнении своего эмоционального запаса, ему нравилось общество. Другие вопросы едва ли его заботили, он считал, что это не то место, чтобы вкладывать в него много смысла, а уж тем более искать философский подтекст. Большой коллективный процесс поглощения еды, не более, такой же, как и в кафе напротив, только у всех драгоценности на шее и кредитка с длинными нулями и единичкой вначале.
