Вначале я увидела карету, далеко от дороги, в кустах. Ее туда отшвырнули. Потом Гром встал на дыбы, и я не удержалась. Конь, бегавший за мной по пятам, как собачка, меня бросил. После узнала, что потомки пегасов чувствуют духов и боятся их.
Убитых лошадей и мертвого кучера я толком и не разглядела. Я искала Эли и тетю. И нашла. Мамина сестра отпечаталась в памяти светлым кружевом белого платья на фоне сломанных темных веток, покрытых искристым инеем. По платью ее и опознали.
Тетушка не любила всевозможные инъекции и опасалась докторов и других исследователей тел, поэтому написала в завещании, что не хочет, чтобы ее касался скальпель. Причина смерти была ясна, да и родство не требовало подтверждений.
Я искала Элизу. Я была уверена, что она жива. Я запретила себе вспоминать, но именно тогда начала двигаться по-другому, не как человек, быстро и не оставляя следов…
Почему? Не знаю. Оборотней и других нелюдей в моей семье не было.
Мы думали, что нам повезло. Мне улыбнулась удача.
Нет.
Именно тогда я начала меняться, а не несколько недель назад. Несколько недель назад мое тело окончательно привыкло к новой манере передвижения. А я еще удивлялась, как мне легко бегать. Ничего потом не болит. Если не развоплощать эмоции.
…На той дороге во мне будто прорвало плотину. Я менялась, сама того не подозревая…
А потом все вернулось на свои места. Виноват мой блок или что-то еще? Я не настолько сильна, чтобы заставить себя сделать подобное со своей памятью. Значит, мне кто-то помог… или что-то… зачем?
Подумаю об этом позже, а пока я должна понять, что случилось в том лесу, точнее, заброшенном парке в окрестностях столицы.
…Поляна… заросли цветущего жасмина…
…Клыки… лунная шерсть… розовый шелк… снег… изморозь и запах зимы…
Я смогу!
— Напомнить, что я вам сказал? — Вкрадчивый голос, язвительный и слегка усталый, вернул в реальность. — Что вы делали на улице одна? О чем думали? Габи!
Витор — его тень — сидел на кровати, откинувшись на спинку, и смотрел на меня.
— Мне нужны прогулки… вы же знаете, — напомнила я; вышло вяло и безжизненно.
— Не могли подождать меня?
— Я не знала, вернетесь вы или нет. Кто вас знает, может, вы решите на самом деле умереть! — Я попыталась принять полусидячее положение.
Виски тут же отозвались пульсирующей болью, во рту появился неприятный привкус горечи. Витор расплылся. Жаль, не на самом деле!
— Не надейтесь! — огрызнулся Алистер.
— Не надеюсь! — От кого тогда накопители заряжать? Добровольно к Кевину не подойду. Увольте от такого счастья! Хватит с меня и того, что приходится жить с ним под одной крышей! — Как там раненый? Уже известно, кто на него напал? Напавшего на мужчину поймали?
— На мужчину? — со смесью удивления и недоверия переспросил Витор.
— На женщину? — изумилась я.
Я спешила, могла и перепутать. Не могла! Если это женщина, то она весьма мужеподобна!
— Вы не знаете, кого спасали?
— Мне хватило вида тела, лежащего на газоне, не до разглядывания как-то было. Я испугалась! Вы чего так на меня смотрите? — возмутилась я, наконец-то сев и примостив под спину подушку.
— То есть, когда вы его нашли, Кевин уже лежал под окнами доктора? — Тень дотронулась до того места, где у нормальных людей подбородок, а у плоской черной фигуры — переход к шее.
Нет, лучше бы он студнем стал! Так я хотя бы могла видеть его лицо.
— Габи? Где был Кевин? — чеканя каждое слово, повторил Витор. — Под окнами доктора?
— Да! Я возвращалась с прогулки и не туда свернула. Окон-то у дома, выходящих на парк, вон сколько! Вы бы мне карту, что ли, дали. Ваши предки тут настоящие катакомбы понастроили! Вы сами-то не путаетесь, где что находится? Свернула не туда, а там он! — Старалась убедительно возмущаться, увлеклась и не сразу поняла, что именно сказал супруг. — Вы сказали, Кевин? Это он там лежал?
Я подавилась смешком: вот вам и не подойду! Подошла, вырвала из когтей духа, погрузила себе на плечо и притащила в поместье!
Спохватилась, поняв, что близка к истерике, и нервно поежилась. В груди похолодело. Я протащила на себе мастера теней через все поместье! И тут же успокоила себя. Кевин был без сознания. Он меня не видел! А если и видел, при большой потере крови случаются галлюцинации.
— Это был Кевин, — подтвердил Витор. — На него напали у деревни, неподалеку от поместья.
— А как тогда он… тут?.. — поторопилась осведомиться я, готовясь к неудобным вопросам и обвинениям. — Как он сюда добрался? Это ведь далеко? А он был весь такой… израненный!
— Он не помнит.
Вздох облегчения скрыла за громким и крайне неприличным зевком.
— А кто на него напал? Его уже поймали? — Вполне логичный вопрос для маленькой испуганной элтины.
— Поймали и передали властям.
Слишком спокойно, слишком быстро ответил. Кроме того, духов властям не передают, их уничтожают мастера теней.
Значит, тварь с серой шерстью до сих пор где-то бродит в окрестностях поместья. Занятная картинка получается.
