— Любимый, — девушка взяла сына на руки и улыбнулась. «Ты единственный, кто меня не бросит», — подумала она про себя.
Руперт выглянул из-за арочного проёма и посмотрел на членов своей семьи. Что-то грызло брюнета изнутри при одном лишь только виде маленького Лекса. Покачав головой, он вернулся в кабинет и сел за компьютер. За «работой» он опустошал одну бутылку пива за другой.
Лекс сел за столик, и Эли на коленках пристроилась рядом. Он взял в руки карандаш и начал что-то рисовать. Девушка внимательно наблюдала за каждым его движением. Протянув готовый рисунок матери, мальчик смотрел на неё своими голубыми глазами. Элеонор, взяв лист в руки, встала и вышла. Она зашла в ванную, включила воду… и расплакалась. Мальчик никогда не хотел признавать, что Руперт его отец. Даже на рисунках Лекса его не было. На месте парня был блондин. С такими же голубыми глазами. Эли всегда видела в нём Оливера. И каждый раз она готова была часами рыдать над каракулями ребёнка, понимая, что этот блондин никогда не покинет её сердце, а время назад не отмотаешь.
Вытерев слёзы и смыв макияж, она вышла. «Мама, ты плакала?» — жалостливо спросил мальчик. «Нет, родной, всё в порядке», — за столько лет Элеонор научилась правдоподобно натягивать на себя улыбку. Она зашла в спальню и из самого нижнего ящика достала альбом с фотографиями. На самом последнем листе была записка. Перечитывая её, Эли с великим трудом сдерживала слёзы.
***
Блондин резко очнулся. Вокруг были лишь мусорные баки, а вдали валялся какой-то бомж. Вынув из руки иглу, парень подвёлся на ноги. Он надел солнцезащитные очки, капюшон, опустил рукава и пошел прямо по улице. Ещё пару кварталов люди оборачивались на него и крутили пальцем у виска, но потом он слился с толпой.
Дойдя до квартиры, Оливер ввалился вовнутрь. На автоответчике было с десяток сообщений. Блондин стал прослушивать их одно за другим.
— Эванс, есть возможность сделать твоё имя ещё более громким. Позвони, как будешь дома.
— Оливер, мне долго ждать?
— Чёрт тебя дери, ты опять под наркотой?!
— Эванс, мать твою, ответь!
— Олли, я не шучу.
— Оливер. Кончай уже игнорировать. Таки предложения так часто не встретишь.
— Эванс, ты реально валяешь в помойке под наркотой? Я устал тебя вытягивать из этого дерьма. Да, невзаимная любовь случается и всё такое, но это не повод так гробить себя. Перезвони мне.
— Перезвони мне завтра, я устал слышать твой мерзкий обдолбанный голос на автоответчике.
— Эванс, это последнее предупреждение. Слазь с иглы, ты мне живым нужен. Оливер, твою мать, ответь!
— У тебя есть ещё два дня, чтобы перезвонить. Займись собой, Эванс. Я не хочу, чтобы ты сдох в подворотне от передоза. Ты хороший парень, Олли. Не зря у тебя так много фанатов. Не всегда люди ведутся на милое личико.
Парень закатил глаза и пошел к холодильнику. Достав из него банку пива, он рухнул на диван. Оливер включил телевизор и, не услышав там ничего толкового, направился в душ. Холодные струи воды бодрили блондина. В зеркало он смотрел на своё подтянутое тело, но следы от игл на руках выводили его из себя, ведь это было проявлением собственной слабости.
========== Глава 13. Звонок ==========
Услышав звонок в дверь, Оливер подорвался с кровати. На часах был полдень. Парень натянул джинсы и рубашку и двинулся к источнику мерзкого звука. Он сразу открыл дверь, не спрашивая, и увидел на пороге своего продюсера, Адама Моргана. Мужчина средних лет окинул блондина недовольным взглядом, покачал головой и вошел вовнутрь. Открыв кейс, он кинул на стол газету.
— Это что? — Адам указал на таблоид.
— Ты о чём? — парень рассмеялся, подошел к столу и взял в руки свёрток. Как только он развернул газету, его лицо мгновенно изменилось. — Но как?..
— Радуйся, что это всего лишь желтая пресса, на которую все нормальным людям плевать хотелось.
Оливер присел на диван. Его лицо было на первой полосе: «Ещё один идол-наркоман. Кто следующий?». Напечатано было даже фото. Но откуда? Парень начал нервно перебирать страницы. Адам сел рядом с ним.
— Олли, я не могу понять: чего тебе не хватает? — начал мужчина. — Я дал твоему таланту выйти наружу. Я скрыл твоё настоящее имя от всех. У тебя на счету горы денег. Тебя хотят миллионы женщин. А ты убиваешь себя разнокалиберной дурью. Что не так, Эванс?
— Всё так, — блондин встал и взмахнул руками. — Просто я живу, как мне хочется.
— Как тебе хочется? Да тобой манипулируют, идиот! Тебе ещё не поздно слезть с этого.
— А зачем? Так у меня будет шанс быстрее уйти.
— Ты хоть понимаешь, что для меня раз плюнуть тебя в диспансер упрятать?
— Лучше всё равно не будет, Адам, — парень подошел к холодильнику и достал бутылку воды. — Ты не сделаешь второй раз из дерьма конфетку, — он налил воду в стакан и поставил бутылку на место.
