— Есть же специальные заведения, — Натан подошел ближе к блондину. — Почему бы тебе не рассмотреть этот вариант?
— Я боюсь, пап.
— Чего ты боишься? Там не будет никаких страданий. Всё происходит постепенно. В любом случае, так будет лучше.
— Я подумаю. И позвоню тебе. Езжай домой. Гвинет волнуется, наверное. И Эли. Скажи ей, что это был не я. Мне кажется, она может сама сорваться с места и начать искать меня.
— Она-то может, — мужчина рассмеялся. — Я скажу, что мы ошиблись. Если ты пообещаешь быть на связи.
— До скорого, пап, — Оливер кивнул и крепко обнял отца. — Я сделаю это ради тебя. Ради всех вас.
***
Спустя год
Блондин вышел из машины и неспешным шагом подошел к знакомому дому. Стриженного под ноль Оливера было трудно узнать любому человеку, не говоря уж и о тех, с кем он не виделся на протяжении долгих лет. Не даром говорят, что стрижка делает человека совершенно другим. Он прошел по знакомой каменной дорожке, избегая ямки промеж камней, как в детстве, и позвонил в дверь. За спиной парня болталась его гитара, в руке была небольшая дорожная сумка с ноутбуком и вещами.
— Привет, — открыв, Натан обнял сына. — Ты опоздал на полчаса.
— Извини, — Олли улыбнулся старой доброй улыбкой и прошел вовнутрь. — Я не знал, что по дороге будут пробки.
Мужчина провёл сына в гостиную. Гвинет встретила блондина удивлённым взглядом, разбавленным каплей ненависти, но после кинулась в его объятья. Она не смогла сдержать в себе то, что произошло за все те годы, и разрыдалась ему в плечо. Спустя минут десять, придя в себя, шатенка начала свой рассказ. Олли не отводил взгляда от женщины ни на миг и не упускал ни слова. В конце он молча опустил глаза в пол и прикрыл лицо руками, стараясь спрятать влажные глаза. Парень чувствовал себя действительно виноватым во всём. Он впервые испытал жжение внутри себя от стыда.
К утру, Оливер решил пройтись по городу. Блондин был уверен, что никто его не узнает. В эту затею принесла свою лепту и Гвинет — а вечернем разговоре она рассказывала, как изменилось это небольшое местечко за несколько лет.
Выйдя из дома в полдень, под пекущим солнцем Олли направился в тенистый парк. Всё казалось таким же, лишь люди… они были вовсе не те. Новые лица, или же немного постаревшие былые. Соседская детвора была уже совсем взрослой. Какая-то парочка сидела в обнимку на лавке, а когда-то они учились в начальной школе и обижались друг на друга за всякие мелочи.
Увидев вдали знакомое лицо, блондин накинул капюшон и уткнулся в экран своего телефона, изредка поглядывая на девушку. Ничуть не изменилась. Даже стиль одежды остался тем же: лёгким и сногсшибательным. Линда старалась выглядеть шикарно, и ей это всегда удавалось. Как обычно, она куда-то торопилась. В гордом одиночестве, не смотря по сторонам.
В один момент она сшибла с ног маленького мальчика. Тот сразу бросился в слёзы, а девушка быстро скрылась из виду. Все оборачивались Линде вслед и в негативных красках характеризовали её, хотя сами были лучше — никто не встал помочь мальчику. Оливер встал с лавочки и подошел к ребёнку.
— Всё в порядке? — спросил он, подняв бедолагу на ноги. Что-то внутри блондина перемкнуло. Ребёнок был точной его копией. Даже глаза были такими же голубыми, не говоря уже про белокурые кучерявые волосы. Издали это было не так заметно, но вблизи…
— Я потерялся, — мальчик ладошками вытер слёзки. — Вы не знаете мою маму?
— Как тебя зовут? — Олли достал из кармана платок и вытер им слёзы совсем юного собеседника.
— Александр, — он уже почти успокоился, но всё так же хлюпал носом. — Она мне коленку разбила…
— Ничего страшного. Ты мужчина, переживай боевые ранения с достоинством, — парень улыбнулся и взял ребёнка на руки. — Где ты потерялся?
— Вон там, — мальчуган пальцем указал на магазинчик с приправами на другом конце парка. Небольшое здание с бежевой облицовкой и огромными окнами. Дорога была прямой, и оно сразу бросалось в глаза.
— Ты сам оттуда убежал?
— Да…
— Ну и зачем ты это сделал? Твоя мама, наверное, волнуется.
— Папа меня не любит, — он вновь расплакался. — Он не мой папа, мне кажется. Он всегда сидит в комнате с компьютером и говорит по телефону, а мама на работе. А я остаюсь с бабушкой или один у себя в комнате. Мне кажется, что мама не любит его. Он плохой. Мама мне никогда этого не говорила, но я знаю, что есть другой папа. Как ты. Мой папа меня никогда на ручки не брал. Он только и может, что кричать и обижать нас…
— Ты уже большой, — Оливер сделал серьёзное лицо. — У взрослых иногда бывают проблемы, и их трудно скрывать. Они просто не хотят тебя расстраивать, поэтому ничего не говорят. А ты постарайся сделать вид, что всё хорошо. Пусть твои родители будут рады видеть, что ты счастлив с ними.
Мальчик кивнул в ответ. Наконец, они дошли до магазина, но матери Лекса там не было. На ребёнка вдруг снова накатил фонтан слёз, а блондину не получалось как-либо успокоить его. Спустя минут двадцать хождения туда-сюда по парку, Олли услышал крик. Идя на его, он увидел плачущую девушку. До ужаса знакомую. Ноги подкосились, но он всё равно подошел к ней.
