Нотариус едва ли не силой сунул в руки Гурова плотный бумажный пакет с каким-то простеньким, скромным рисунком и без надписей. Сыщик не мог не заглянуть внутрь и удивленно присвистнул, увидев внутри бутылку коньяка Lheraud в фирменной упаковке. Гурову приходилось пару раз его пробовать, и сыщик знал, что некоторые сорта из этого семейства коньяков стоят до полумиллиона рублей за бутылку. Гуров открыл было рот, чтобы в довольно резкой форме отказаться от подарка, но Тищенко не дал ему и слова сказать.
— Лев Иванович, не переживайте. Этот «Леро» не больше трех тысяч рублей стоит. Вот чек. Так что этот подарок вы можете принять совершенно спокойно, не нарушая никаких законов, — торопливо пояснил нотариус. — И разрешите пригласить вас с супругой сегодня на ужин в «Сабор де ла Вида», если вы, конечно, не против средиземноморской кухни.
— Вениамин Арнольдович, коньяк я, так и быть, приму, хотя и не следовало бы, но вот поужинать мне с вами сегодня не получится, — усмехнулся сыщик. — Дела, знаете ли. Да и супруга к гастролям готовится. Так что давайте как-нибудь в другой раз.
— Как скажете, Лев Иванович, — мгновенно согласился с ним Тищенко. — Только сообщите, как у вас будет свободное время, и я все организую!
— Договорились, — кивнул Гуров и попрощался с нотариусом.
А в кабинете сыщика ждал Крячко, чем вызвал немалое удивление у друга. Станислав приходит вовремя на службу крайне редко и обычно появляется в главке часам к десяти утра. В принципе, это было понятно, поскольку немало времени у Крячко уходило на работу с осведомителями, а большинство из них были ночными птицами. Вчера у Станислава были схожие задачи, и Гуров его не ждал так рано, оттого и удивился.
— Лёва, блин, тебя одного ни на минуту оставить нельзя! — с наигранным возмущением проговорил Крячко. — Меня всего полдня не было, а ты уже успел за пару часов особо опасного преступника поймать. Да так лихо это сделал, что теперь все полицейские только о твоем новом подвиге и говорят. Мог бы и меня позвать, прежде чем начинать упырей ловить. Мне тоже хочется к твоей славе примазаться. А ты все без меня сделал. Тоже мне друг, называется! Давай, колись, что там было на самом деле…
О поисках похитителя портфеля Гуров рассказал весьма сжато. Это было довольно простое дело, особенно учитывая ресурс, которым он обладал, в виде оперативной мобилизации любого количества сотрудников и всесторонней поддержки министерства. Конечно, сыщик нашел бы Галлиулина и без этого, но на поиски потребовалось бы чуть больше времени. И единственный вывод, который можно было бы сделать из этой истории, — что так работать следовало бы каждому полицейскому. К тому же возможности для такого есть у всех. Но Крячко все это и без наставлений друга понимал прекрасно, а потому и не особо требовал от Гурова деталей оперативной работы. А вот история Воробьева его заинтересовала больше, хотя и не так, как предполагал Гуров.
Сыщик рассказал о своей встрече с лейтенантом куда более детально, чем о розыске портфеля для нотариуса. Наверное, потому, что после вчерашних слов Марии сегодня взгляды Гурова на то, как следовало откликнуться на крик о помощи со стороны вчерашнего курсанта, существенно изменились. Однако Станислав этого воодушевления не оценил.
— Лёва, с каких это пор ты решил с сопляками нянчиться? — удивился Крячко. — Сам знаешь, сколько их, после вузов, превращают службу полицейского в способ добычи денег. И этот туда же отправится через годик. Будет таких, как этот алкаш из твоего рассказа, пинками под зад из отделов выпроваживать. Да и не уверен я, что твой Воробьев вообще на землю попадет. Отсидится в Управлении делопроизводства и режима, а там, глядишь, еще потеплее место найдет. Например, где-нибудь в снабжении.
— Да и алкаш этот самый что ни на есть обычный, — воодушевленно продолжил Станислав после того, как сделал паузу, но так и не дождался ответной реплики от друга. — Сам ты таких типов миллион раз видел. Приглючится им что-то с перепоя, а потом давай ныть и нормальных людей терроризировать. А если уж тебе так хочется Воробьеву помочь, посоветуй пробить эту «убитую» женщину по вокзалам и аэропортам, если уж он сам об этом догадаться не может. Наверняка смоталась куда-нибудь к родне от вечно пьяного мужа. Лучше бы мне с кражей в Барвихе помог, если уж тебе заняться нечем!
— С этим делом ты и без меня прекрасно справишься, — отмахнулся от него Гуров. — А дел, сам знаешь, всегда хватает. Сегодня нужно будет по делу Тимощука документы в порядок привести, а затем Петру отчет за квартал делать. Но это успеется. Воробьеву я должен помочь, раз уж советов надавал. По крайней мере, посмотреть, что там к чему. Возможно, ты и прав, и эти хлопоты яйца выеденного не стоят. А если так, то, так и быть, помогу тебе с Барвихой!
— Ловлю на слове, — хохотнул в ответ Крячко.
