Виталий Зимин, который упорно утверждал, что его жену убили, жил в длинной, 10-подъездной панельной девятиэтажке на Дубнинской улице. Прямо за его домом располагался не слишком ухоженный сквер, в котором вчера, видимо, убитый горем и несправедливостью полицейских «вдовец» распивал с друзьями спиртные напитки. Еще один сквер отделял многоэтажку от промзоны, внутри которой располагался институт монтажной технологии и масса мелких предприятий. Но в целом район казался спокойным и не заброшенным и даже неплохим, хотя от дома Зимина до ближайших станций метро было далековато. Зато пробок тут, наверное, отродясь не водилось! После того как Гуров съехал с Северо-Восточной хорды, до нужного места они добрались за считаные минуты.
В подъезд к Зимину они попали без труда, поскольку Гуров носил с собой универсальный ключ, открывающий все двери с магнитными замками. А вот проникнуть внутрь жилища Виталия оказалось куда труднее. Хотя звонок на двери, несмотря на наличие домофона у входа в подъезд, в этой квартире имелся, он не работал, а на стуки в дверь поначалу никто открывать не хотел. Гуров уже собрался отправить лейтенант вниз, чтобы тот проверил место вчерашней пьянки Зимина, но на их стук из соседней квартиры выглянула пожилая женщина. Увидев удостоверения, она успокоилась и кивнула.
— Стучите еще. Эта пьянь дома должна быть, — проговорила старушка. — Приперся за полночь и завывал на весь подъезд, что у него жену убили, а полиция ничего не делает. Сейчас дрыхнет еще, наверное. С утра точно никуда не ходил. У него дверь так бухает, что я ее даже во сне слышу! А вы по поводу Катерины?
— А вы о ее исчезновении что-нибудь знаете? — поинтересовался Гуров, дав знак Воробьеву прекратить стучать в дверь.
— А чего тут знать? — пожала плечами женщина. — Третьего дня я ее видела. Вышла из квартиры в темных больших очках. Она их и раньше одевала, когда этот баран-Виталька ей фингалы на лице ставил. Одета была, как на праздник. Все лучшее, что у нее было, надела. Правда, шляпу какую-то дурацкую нацепила. Я у нее такой ни разу не видела. И со мной не поздоровалась. Наверное, не хотела показывать, что плачет. Нырнула в лифт и уехала. С тех пор я ее не видела больше. Домой она точно не возвращалась.
— Это было до или после того, как они квартиру продали? — задал новый вопрос сыщик.
— О том, что они квартиру продали, я только на следующий день узнала, когда Виталька об этом всем рассказывать стал, — фыркнула соседка. — А так получается, если все сложить, то после продажи ушла. Потому что к ним до этого какие-то люди приходили. Человека три или четыре. Я посмотреть не успела, но ногами громко бухали! Где-то через час они ушли, а еще через полчаса, может, и позже, Катерина из квартиры вышла.
— А ее муж в это время где был? — Гуров кивнул головой в сторону двери Зимина.
— Дома. Спал уже, наверное, — развела руками старушка. — Его незадолго до гостей какой-то мужик домой привел. У Витальки уже тогда ноги заплетались. А у мужика в пакете одна бутылка водки точно была, выпирала сбоку. А может, и не одна. Так что, скорее всего, этот черт водкой догнался, жену избил уже после продажи квартиры. Вот она и решила уйти. И правильно сделала! Я уж не знаю, на кой черт она его столько лет терпела! Только, знаете, странная она какая-то была. — Женщина потрясла пальцем перед носом Гурова. — Молчаливая, чего за ней отродясь не было. Ни слова не произнесла! А еще эти бусы дурацкие. Откуда она их только выковыряла? Ни разу таких у нее не видела.
— Спасибо. Вы очень наблюдательный человек! — похвалил пенсионерку сыщик и повернулся к Воробьеву. — Давай, Антон, стучи. Буди хозяина.
Достучаться до Зимина удалось только минут через пять, да и то с помощью соседки. Некоторое время Варвара Михайловна со скептическим выражением на лице смотрела, как Воробьев вежливо постукивает в дверь, а затем решила вмешаться. Она отодвинула лейтенанта в сторону и начала пинать дверь пяткой, при этом громко требуя, чтобы «стервец-Виталька» срочно открыл дверь. В итоге она своего добилась, и хозяин квартиры, точнее, уже бывший, сначала посмотрел в глазок, а потом глухо поинтересовался:
— Ты чего стучишь с утра пораньше, теть Варь? И кто это там с тобой? Если из управляющей компании, то скажи, пусть идут к черту и ждут нового хозяина. Мы квартиру продали.
— Не из УКашки это, а из полиции люди. Пришли по твоему заявлению о жене, — недовольно крикнула пенсионерка в ответ. — Открывай, черт немытый! Битый час к тебе хорошие люди ломятся!
— О как! — недоверчиво посмотрел на визитеров Зимин. — Значит, зашевелились-таки? А чего позавчера мне голову морочили?
— Может, в квартиру пройдем, или тут будем разговаривать? — вместо ответа поинтересовался Гуров, и мужчина сделал шаг в сторону, пропуская гостей внутрь.
