Вечер трудного дня полностью

Юрий(делая шаг в сторону Евгения). Убирайся.

Евгений не говоря больше ни слова вышел из дома. Юрий сел на матрас и обхватил голову руками, покачиваясь взад-вперед.

Голос. Нет идей и нет веселья. Есть безумье и безделье…

Юрий. Ты… Ты тоже убирайся! Кто бы ни был, убирайся… (Он оглядел комнату, но никого не было рядом.)

Голос. Нет идей… (Юрий встал с матраса и как старик осторожной походкой направился к рабочему столу.) И нет веселья, есть безумье…

Юрий(шепотом). Есть безумье и безделье.

Голос. Ха-ха-ха! Есть безумье, Юрий, есть безумье и безделье. Ха-ха-ха, Юрий! Ха-ха-ха…

Юрий улыбнулся. Вытер слезы снова сел на стул. Взял пакет с изображением монаха и осмотрел его. Монах в левой протянутой руке держал бутылку, название легко читалось: «Дом Периньон».

Голос. Безумье… Безумьебезумье… безумьехахахабезумьеюрий…

Юрий кинул пакет на пол и посмотрел на чистый лист бумаги заправленный в каретку. Поправил стопку листов рядом с печатной машинкой, пачку сигарет с зажигалкой и пепельницу.

Юрий. Все имеется. Все готово. (Берет сигарету, подкуривает и выдыхает сизое облако над печатной машинкой.) И идея есть.

Не докурив сигарету, он аккуратно, положил ее на край пепельницы. Поднял руки в готовности и приступил к обыденному для него времяпрепровождению.

Он не улыбался, не смеялся как раньше. Его лицо было серьезным сосредоточенным. Лицо школьника, пытающегося решить сложную задачу в короткие сроки. Но Юрий не собирался никуда спешить. Он лишь боялся, что все его мысли могут развеяться, как сигаретный дым… Поэтому он подгонял себя, бубня под нос одно и то же слово.

Юрий. Быстрее… быстрее…

Он печатал быстро, вдруг резко остановился, выдернул листик из каретки. Бегло прочитал содержимое и, яростно скомкав листок, бросил его в угол. Заправил новый, продолжил печатать. По лицу и вискам начал струиться пот. Та идея, которая пришла раньше улетучилась, пришла новая. Его глаза бешено вращались, тяжело и прерывисто дышал, как если бы ему отрезали доступ к кислороду.

Юрий. Им… ничего… не нравится…никогда не нравились… мои работы. Скоты, ублюдкивыродки! (Крикнул он и пригрозил кому-то кулаком ).

Он нашел идею, самую важную идею из всех описываемых им. Он боялся, что потеряет ее также легко, как своих родителей, как свою девушку и возможность публиковаться.

Юрий(смеясь). Но они меня не проведут. Никто больше не скажет, что я пытался их одурачить.

За его спиной появляется монах. В руке он держит «Дом Периньон». Садится на матрас и пьет шампанское с горла.

Юрий. Но сейчас … О, да, сейчас! У меня есть хорооооошая идея! Отлииииичная! (Он складывает пальцы так, будто хочет покреститься, но прикладывает их к губам и причмокивает.) Вот такая книга!

Монах. Поздравляю, а выпить не хочешь?

Юрий(смеется). Выпить? Нет, у меня слишком много дел.

Монах(делает еще один глоток и рассматривает этикетку). Отличное шампанское. Ты ведь пьешь его, когда твоя книга закончена, ведь так?

Юрий (не отрываясь от процесса написания). Да-да… И скуриваю сигарету (Юрий оглядывается и одаривает своего друга ослепительной улыбкой. Продолжает печатать).

Монах. Ну-ну… печатай дальше. Потом дашь почитать. Хотя я и так знаю, что ты там настукиваешь, да-да.

Юрий. Быстрее… быстрее!

Монах. Ну, я исчезну ненадолго. Потом встретимся, Юрок (делает еще глоток, оставляет бутылку и уходит).

Секундой позже Юрий выдергивает листик из каретки и, расхаживая по комнате, читает.

Юрий. Отлично… Отлично, хорошо получилось…да…да, отлично… (Садится на матрас. Видит бутылку.) Ну, можно и немного раньше времени… (Он оглядывается, пожимает плечами и откинувшись на матрасе, подложив под спину подушку, чтобы было удобно, начинает пить; пить и читать.)

Осушив бутылку бросает ее на пол. Листик падет рядом с книгами. Он засыпает.

Просыпается и бродит по комнате в поисках сигарет.

Юрий. Сигареты?! Уинстон, ты где? Самые лучшие сигареты на свете… Уинстон!

Доходит до рабочего стола и находит свои сигареты, на лице появляются благодарная улыбка пьяницы. Лезет в пачку, но не может вытащить ни одной. Тогда он злится и разрывает пачку на две части. Сигареты словно ушные палочки разлетаются по полу.

Юрий. Уинстон…