Вечером заговорили об этом с учителем. Он отмалчивался, занятый своими мыслями, но явился Гераскин с «малышом», то есть с четвертинкой. Если пить умеючи, то с малыша четверо мужиков могут повеселеть. Уменье приходит, когда водки мало, когда ее совсем мало, когда ее надо не глотать, а впитывать.
Позже появился Антон Осипович, принюхался, укоризненно покачал головой.
— …Вот только насчет любви тут будет недостача, — начал учитель, как всегда опустив вводные фразы. — Хотя кой–какие подозрения на любовь у меня имеются.
Итак, стали поступать царю Петру сигналы о самоуправстве, а главное о казнокрадстве сибирского губернатора, князя Матвея Гагарина. Давно уже шли доносы, но пресекались. Как ни станут проверять — все в порядке. На все бумаги имеются, да и не просто подступаться: один из видных людей, славен родом старейшим, идущим от владимирских князей, — Петра и без того упрекали, что родовитых бояр притесняет. Кроме того, князь был известен заслугами еще в бытность комендантом Москвы. В Сибири тоже многое ему за десять лет губернаторства ставилось в зачет. Развитие золотодобычи, например.
Петр стал доверять ему, когда тот показал свою честность и неподкупность, работая судьей Сибирского приказа. Государь поставил его в 1711 году губернатором Сибири. И суд оставил ему. Суди праведно! С того времени Гагарин чувствует себя полноправным хозяином. Жаловаться на него некому. К тому же у него родство с канцлером Головкиным, дружба с всесильным Меншиковым. До столицы доходят слухи про какие–то махинации Гагарина. Ушей много, да, похоже, в них дырок нет. А слухи, как жучки–точильщики, — честный еще недавно служака свернул, мол, на разживу. Богатство идет ему в руки со всей необъятной Сибири. Вскоре уже кушанья подают на серебряных блюдах. Серебром окованы колеса его кареты. Придумал подковы лошадям делать серебряные, как в сказке. В Москве дворец отстроил — потолок в зале стеклянный, над головой рыбы плавают — аквариум. Сын путешествует по заграницам, сорит деньгами.
С одной стороны идут к Петру рапорта от Гагарина самохвальные, с другой доносы не прекращаются. Обер–фискал Нестеров вник в дело и сообщил, что губернатор берет с купцов, за подарки позволяет незаконный торг, присваивает вещи, купленные казной. Роскошествует все наглее. Иконы у него бриллиантами осыпанные во всех углах. А с поличным поймать никак не выходит, документы в полном порядке.
