Советский анекдот, доказывал профессор, не в пример историческим, явление особое, свойственное только России. Исторические анекдоты во всех странах имеются и про Черчилля, и про Наполеона, есть и древнегреческие, но политический анекдот про вождей, про уродства общества расцвел в советское время. Анекдот помогал выжить, от него душа прояснялась.
Президент Форд спросил Брежнева, какое у него хобби.
— Собираю анекдоты о себе, — сказал Брежнев.
— И много собрали?
— Второй лагерь доканчиваю.
Так что смех был делом серьезным. Анекдоты же Молочкова о Петре были безопасны, все они были во славу правящего дома. Профессора это не устраивало, он не верил, чтобы наш мужичок не подъязвил бы Петра, русский человек пересмешник, не преминет позолоту отколупнуть, подразнить вельможу. Учитель соглашался. Наверное, были и такие. Впрочем, некоторые анекдоты о Петре с годами как бы испортились, хвалебные обернулись хулой, показали вдруг царя неприглядно. Это тоже феномен. И учитель рассказал историю про трех королей. Начинается она, как в детской сказке: однажды в замке сошлись три венценосца — польский, датский и русский. Пируют они, пьют и хвалятся своими солдатами. Надобно оговориться, что сказка сказкой, а под нею быль, — было такое застолье, был замок, был король Август, король Фредерик и наш Петр.
Пили, пили и заспорили — у кого солдаты лучше, чей солдат более предан своему государю. Как проверить? Будучи крепко во хмелю, они приняли предложение Петра — пусть каждый призовет самого лучшего своего солдата и прикажет ему прыгнуть из окна башни, где они пировали. Ударили по рукам. Датский король призывает своего гренадера, подводит его к окну, приказывает прыгнуть с этой высоты на каменные плиты двора. Гренадер отшатнулся, упал на колени, стал спрашивать, в чем его вина. Король настаивал. Но тут Петр и Август Сильный предложили отпустить его, поскольку все с этим датчанином было ясно.
Вызвал своего солдата Август. Поляк смотрит вниз и отказывается прыгать. Пусть его расстреляют, сам он прыгать не будет, да и в чем смысл?
Поляка освободили.
Приводят русского. Петр приказывает броситься вниз. Солдат ничего не спрашивает — зачем, для чего, встал на подоконник, перекрестился. «Назад», — успел скомандовать царь. Солдат отдал честь и удалился. Петр был доволен, хвалился перед коллегами. Они не ожидали такого повиновения.
