— Ох ты господи! — вдруг закричал Антон Осипович. — А закон? Нет уж, извините, власть должна опираться на закон, только на закон. Чувства не играют роли. Закон надо исполнять!
— Милосердие выше закона! Позвольте вам сослаться опять же на Пушкина… — сказал Молочков.
— При чем Пушкин! Кто такой Пушкин? Власть не обязана читать Пушкина.
— Ну, знаете…
— Не поэты должны править, а юристы. Наша беда, что вместо законов читают Пушкина. Чуть что — Пушкин, Достоевский. Придумали и с гордостью твердят: «Поэт в России больше, чем поэт». Так их перетак, от того–то в России постоянный бардак, каждый лезет в чужое дело вместо того, чтобы свое делать.
— Антон Осипович прав, — согласился Дремов. — Чисто русская привычка. Сталин учил академиков языкознанию, Хрущев — кукурузе. Петр вот учит — как стрелять, а поэт, не помню кто, считает, что его дело — «истину царям с улыбкой говорить». Так и живем: истина, милосердие, прощение, а компьютера своего не можем сколотить.
Через некоторое время, когда все поуспокоились, Молочков тихо, с некоторой укоризной, подступился к Антону Осиповичу насчет его замечания о Петре, о законах. А если законов еще не было?
Чтобы понять, чего достиг Петр, надо знать, что было до него, например, какую армию он получил, чем была военная служба.
Артиллерия допетровская умела главным образом производить праздничные салюты.
Пехотинец имел плохие ружья, владеть ими не умел, оборонялся копьем или бердышем, да и то тупым.
В кавалерии были клячи, сабли плохие.
«Иной дворянин и зарядить пищаль не умеет», — писал Иван Посошков и живописал, как этот дворянин, воюя, думает не о том, как неприятеля поразить, а о том, как бы домой скорее вернуться. И еще о том, чтобы, если придется, — «рану нажить легкую, чтобы не гораздо от нее поболеть, а от государя пожаловану за нее быть, и на службе того и смотрит, чтоб где во время боя за кустом притулиться». Целыми ротами прятались в лесу. Он от многих дворян слыхал: «Дай Бог великому Государю служить и сабли из ножен не вынимать».
Предстояло превратить их в воинов. А как? Обратите внимание, какие Петр выбрал два способа. Первый — с малых лет обучать дворянина грамоте, цифири и геометрии. А затем отрок должен идти служить. Как заставить его учиться? Решил — без справки о выучке дворянину не разрешать жениться. Второй способ — при прохождении службы родовитость во внимание не принимать.
Оказалось, это не так просто.
Тогда Петр добавил возможность вступать в соревнование отрокам худородным.
