Эшли с довольным видом плюхнулась на кровать, с радостью глядя в открытую записную книжку и держа ручку. Прямо уж так выйдет, спустя четыре года застоя, хотя бы строчку из себя выдавить? Эшли до последнего не верила, что сможет что-то написать, но увлеклась до такой степени, что исписала художественным текстом почти страницу. Очередной подвиг Марты вдохновил ее. Она писала первые строки книги, думая, что может, мир был не так безнадежен, как ей казалось? Эшли была готова пожертвовать ради Марты жизнью, и Марта тоже. Значит, было в людях нечто, способное заставить их стать героями? Все возможно, но идея о «Мире, наполненном любовью» пока как-то не уживалась в сознании Эшли. Снизу донесся вкусный аромат жареного мяса, у Эшли заурчало в животе. Она совсем забыла, что надо идти на ужин.
Кухня, как и все остальное в этом доме, была отделана по высшим американским стандартам. С потолка свисали красивые светильники, дававшие теплый комнатный свет. Мерно гудела вытяжка, нагоняя сонливость, за окном темнело. На столе в тарелках благоухало мясо по-французски. Аппетитный кусочек свинины, покрытый плавленым сыром, на вкус оказался блаженством. Эшли пережевывала его с огромным удовольствием, даже глотать не хотела, чтобы подольше им насладиться. После ужина Марта загрузила посуду в посудомоечную машину. Эшли с интересом наблюдала за хозяйственной суетой подруги.
«Блин, чувствую себя уставшим мужем, пришедшим с работы, а Марта суетится, как жена. Забавно. Круто, что мы теперь живем вместе» — удовлетворенно подумала Эшли.
— Как думаешь, что с нами случилось? — спросила Эшли, вспоминая падение с крана. — Ты…. Ты могла умереть, если бы не эта штука. Чем ты думала?
— Я уже один раз тебя бросила, Эш, — Марта села за стол, осторожно взяв Эшли за руку. — Второй раз так поступать нельзя. Лучше умереть с тобой, чем всю жизнь потом мучится от того, что не спасла тебя.
Эшли улыбнулась. Ей приятно было слышать, что она настолько дорога для Марты. И никаких доказательств не требовалось. Марта предала ее, но поставив на кон жизнь, она целиком и полностью искупила вину. Неужели все кошмары позади? Неужели теперь Эшли сможет так же, как и раньше, просто быть рядом с любимой подругой и наслаждаться жизнью, делая ее счастливой? Даже не верилось. Марта выглядела умиротворенно, и на фоне этого умиротворения все личные невзгоды Эшли считала пустым местом. Главное, что Марта счастлива.
— До сих пор не верю, что это реальность, — улыбнулась Эшли, едва сдержав слезу. — Да еще и эти силы…. Как такое возможно? Я до сих пор охреневаю. Сегодня видела, как копы расстреляли пацана в переулке, который мог льдом управлять, прикинь?
— За что? — удивленно спросила Марта.
— Коп казал, что за законное требование правительства сдаться. Ну, в смысле за отказ от него.
— Кейт говорила, что правительство зверствует в борьбе с Необычными. Я бы никогда не подумала, что это на самом деле так, — сказала Марта, опустив расстроенный взгляд в стол. — Значит, и нам теперь угрожает опасность.
— Ты очень мало рассказывала о своей сестре.
— Она о себе тоже мало рассказывает, — задумчиво сказала Марта. — Кстати…. Может, у нее есть какая-то информация по нашему случаю.
— С чего ты взяла?
— После выброса она стала сходить с ума по теме Необычных и сверхспособностей. Сейчас, вроде, добывает информацию о них. Может, ей удалось что-то выяснить?
— Какую информацию?
Девушки решили проникнуть в комнату Кейт. Марта тянула дверь за ручку, но она не поддавалась. Эшли немного расстроилась, но Марта выглядела спокойно, направившись к камину в гостиной. В гостиной Эшли увидела красивый стеклянный шкаф, на полках стояли кубки и награды.
— Отец сделал дубликаты ключей от всех комнат в доме, и держит их где-то в гостиной, — Марта изучала камин взглядом, прощупывала его, пытаясь отыскать там тайник. — Еще бы знать, где именно.
— Столько наград, — Эшли с удивлением оглядывала кубки и фигурки.
— Кейт крутая девчонка, в отличии от неопределенности, вроде меня. Но моя награда там тоже есть.
— Не говори глупостей, — поспорила Марта. — Ты круче всех и без всяких наград. А можно?
Эшли открыла шкафчик. Наград у Кейт было много. В основном, они касались журналисткой деятельности. Эшли заметила «Золотое перо», рядом с ним стоял «Золотой микрофон», позади которого на стене висела фотография Кейт. Кейт была роскошной рыжеволосой девушкой высокого роста, пожимавшей на снимке руку Арнольду Шварценеггеру.
— Шварц? Да ладно.
— Она была кем-то вроде поп журналиста. Тусовалась со звездами, но ей это не нравилось. Она говорила, что может приобрести там нужные навыки и деньги, чтобы потом отдаться своей подлинной страсти.
— Даже в поп журналистике она была крута, — с восхищением заметила Эшли. — Ну-ка…. А что за страсть?
— Этого даже я не знаю. Как только она уволилась из журнала, стала скрывать свою деятельность. Даже комнату на замок закрывает.
