— Правда только одна, — нахмурился Уотчер, щелкнув затвором автомата. — Она написана в уставе нашим правительством. Да и кому нужна ваша правда? Что вы пытаетесь спасти? Этот полудохлый Гейбл Таун? Он обречен. Из-за частых пси-вспышек на город решили сбросить ядерную боеголовку, даже никого не предупреждая и не эвакуируя из-за риска того, что необычные сбегут. Если не хотите попасть в пекло, то вам лучше пойти с нами.
— Я готова сдаться, если мою мать заберут из больницы, и нам позволят показать то, что мы нашли, — уверенно сказала Эшли. Пусть она боялась, но не настолько, чтобы терять самообладание. — Такие условия вас устроят?
— А кто ты такая, чтобы выдвигать условия? — Уотчер изогнул бровь, усмехнувшись. — Ты сейчас выбираешь между своей жизнью и смертью, и не тебе условия ставить.
Жак чувствовал приближение развязки. Воображая в голове картинку схватки с необычными, он разнервничался еще больше, не выдержав напряжения и случайно надавив на спуск. Громыхнул автоматный выстрел. Пуля со свистом ударила в плечо Марты, ее крутануло на месте, она с криком упала.
— Сука! — Эшли охватил приступ ярости, она в гневе расширила глаза, впившись взглядом в Уотчера. Уотчер не ожидал такого поворота событий, онемел от внезапности, да и взгляд Эшли его напугал. — Убью!
Эшли, за проступок СБН, возжелала разорвать всех солдат на мелкие кусочки. Как они посмели тронуть Марту? Как они посмели хотя бы попытаться убить ее? Эшли потеряла контроль над эмоциями, мощь черного ветра струилась из нее мощными энергетическими потоками, глаза ее, затянутые туманом, были будто у мифического демона, страшными и пугающими. «Вам всем кабздец, пидоры!» — с гневом подумала она. Эшли моментально впустила в себя силу, с криком долбанула по солдатам СБН мощной ударной волной такой мощи, что военная техника чуть не перевернулась, а бойцов разбросало, будто игрушечных. Солдаты падали, жестко бились о деревья, получая страшные травмы, несовместимые с жизнью. Жак первым пришел в себя, поднялся, став стрелять по Эшли из автомата длинными очередями, но пули со свистом отскакивали от ее ментального щита. Эшли повернула ладонь, шея Жака с хрустом сломалась, он бездыханно грохнулся на землю, даже не успев пискнуть. Лицо его исказила болезненная судорога, глаза были выпученные, чуть ли не вылезая из орбит.
— Огонь! — кричал Уотчер. — Открыть огонь!
Застрекотали пулеметы, БТРы долбили из противотанковых пушек, поднимая облака пыли и сотрясая воздух оглушительным грохотом. Уцелевшие солдаты укрылись за деревьями, став вести по Эшли огонь на подавление, перед стволами автоматов полыхали вспышки. Харрис тут же стал утаскивать Марту в укрытие, потянув ее к развалинам школы. Марта, к счастью, была в сознании, прикрыв их щитом.
— Эшли! — кричала Марта. — Беги! Эш!
Но Эшли не слышала. Она была в исступлении, в ярости, в гневе. Рядом с ней свистели пули, громыхали вспышки взрывов, разбрасывая комья земли. Мир перед ее глазами дергался, почва под ногами дрожала, но щит пока был достаточно мощным, чтобы сдерживать ударные волны и осколки, жужжавшие слева и справа, будто шмели. Эшли молниеносно расширила щит, превратив его в очередную ударную волну, загнавшую солдат в укрытия, чуть не опрокинувшую БТРы. Кору самых ближних, с хрустом накренившихся деревьев, попавших под удар, разнесло в щепки. Хаммеры не перевернуло только потому, что они стояли дальше БТРов, вот ими, как раз, Эшли и решила заняться. Ударной волной башни БТРов отвернуло, экипажу требовалось время, чтобы прицелиться снова, несколько секунд, но их было достаточно. Эшли яростно расплющила хаммеры мощными ментальными прессами вместе с водителями и пулеметчиками. Со звоном из окон хаммеров выбило стекла, пулями разлетелись мелкие элементы кузовов, скрежетал корежившийся металл.
Предвосхищая упадок сил, Эшли притянула к себе остатки хаммеров, образовав из их бронированных кузовов щит. Да, противотанковые снаряды легкостью прошьют их навылет, но они хотя бы спасут Эшли от автоматных пуль и затруднят врагам прицеливание. БТРы снова навелись на Эшли, став стрелять по груде металлолома, которой она защищались. Уцелевшие солдаты палили из автоматов, не жалея патронов.
Все же, сдерживание взрывных волн давалось Эшли не без труда. Скоро в глазах стало темнеть, кровь под давлением застучала в висках. Мощи становилось все меньше. Снаряды прошивали броню хаммеров, оглушительно взрывались, вспыхивая перед глазами Эшли яркими вспышками, и если бы не щит, то ушные перепонки уже давно бы разорвало от грохота. Железный щит из хаммеров попросту разорвало на части, разметало взрывами в разные стороны. Эшли понимала, что приблизилась к своему пределу, лишившись возможности атаковать. Превратить щит в ударную волну она больше не могла, не хватит сил, а значит, оставалось уповать только на чудо.
