– Наталья Романовна! – повысил голос Андрей. – Прекратите немедленно это безобразие и спрячьте деньги. А то мы обидимся.
– Спасибо, спасибо вам… – у неё задрожали губы, и Андрей, Ирина и Симай поспешили покинуть квартиру.
Когда вышли на улицу, часы показывали половину пятого. Дождя не было, но небо заволокло низкими серыми облаками. К тому же заметно похолодало, и сразу становилось понятно, что вокруг уже сплошная осень, а впереди только зима.
– Рассказывай, – потребовал Симай.
– Когда здесь темнеет? – Андрей, посмотрел на небо.
– Часа через два.
– Нормально, успеем.
– Что успеем? – поддержала Симая Ирина. – Может, действительно расскажешь?
Они дошли до крохотного чахлого сквера с одинокой скамейкой. Уселись, и Андрей вкратце поведал о своих догадках и показал записи в дневнике.
– Ты думаешь, они могли тайно встречаться? – в голосе Ирины слышалось недоверие. – Так, чтобы никто не знал и не догадывался? В наше-то время? Ни одного снимка в соцсетях и даже просто в памяти компа? Как такое может быть? Я видела их аккаунты. Ни малейшего намёка.
– Зато здесь, – Сыскарь щёлкнул ногтем по тетрадке, – их хоть отбавляй.
– А я верю, – сказал Симай. Он откинулся на спинку, закинул ногу за ногу, сдвинул шляпу на затылок. – Правильно ты, Андрюха, рассуждаешь. Богом данная – это и впрямь Богдана. Кто же ещё? Имя редкое, даже для Княжеча. Он пишет, что пикник, на котором она была, устроили явно богатенькие детки. А наша Богдана из богатой семьи. Он же, наоборот, из бедной. Даже очень бедной, я бы сказал. Они из разных сословий. Небо и земля. Встретились. Любовь вспыхнула, как сухой хворост жарким днём. От одной искры. Так бывает, уж я-то знаю. И что им делать? Родителям не расскажешь, сразу в штыки, а то и дверь на запор. Я её родителей имею в виду. Друзьям-подругам тоже, засмеют. Да и нет их особо, друзей-подруг сердечных. Начнёшь по сети общаться – тут же вычислят, всё станет известно. Значит, строжайшая тайна и… как это слово, забыл, кон…конп… – он прищёлкнул пальцами.
– Конспирация, – подсказала Ирина.
– Во! Она самая. Опять же, это страшно интересно. Завлекательно. Знают только они и больше никто. Запретный плод! И только они его вкушают. Чистый кайф! – закончил он словечком, которого от него совершенно не ожидали ни Андрей, ни Ирина, и поцеловал пальцы, сложенные щепотью. Потом секунду подумал и восхищённо добавил:
