— Пятьдесят восьмая останется! — нервно отшучивались «выходящие». — Враги народа пусть пашут!
Режим как будто и в самом деле стал помягче, хотя были офицеры и надзиратели, которые не скрывали, что все это им сильно не нравится. Но даже сам Воронов, бывший начальник огромного Первого лагеря, не отмеченный особой любовью к своим подопечным, как-то зашел в столовую, когда она была полна заключенных, собравшихся смотреть кино. На вопросы он не ответил, «сам ничего не знаю», но, выходя, бросил: «Ну, отдыхайте, граждане-товарищи!» Нечаянно это у него с языка сорвалось или, может, инструкции начали переписывать, но слово это — товарищи!!! — к отбою облетело все бараки Первого лагеря.
Вместо большой амнистии вышло неожиданное постановление правительства о закрытии и консервации Сталинской магистрали.
Тут заволновались офицеры и надзиратели, их жены... и прочие вольные жители Ермаково, только-только устроившиеся, получившие комнату в бараке и определившие детей в ясли и школу. Никто не мог поверить, что все то, ради чего терпели эту неустроенную жизнь, все, что построено и обжито, будет брошено. И они, люди и их дети, тоже будут брошены или переведены куда-то в новые палаточные условия. В это не хотели верить.
Но Постановление вышло. Министерствам и ведомствам предписывалось законсервировать или ликвидировать совсем двадцать шесть строек союзного значения:
Главный Туркменский канал;
Самотечный канал Волга — Урал;
Волго-Балтийский водный путь (вторая нитка);
Гидроузлы на Нижнем Дону;
Усть-Донецкий порт;
Тоннельный переход под Татарским проливом на Сахалин;
Железную дорогу Комсомольск — Победино...
...и еще много других дорогостоящих объектов.
В Ермаково прекращалось строительство «железной дороги Чум — Салехард — Игарка, судоремонтных мастерских, порта и поселка в районе Игарки...».
Самый большой хозяйственник в стране — ГУЛАГ, он все это и строил, в Постановлении не упоминался. Возникла некоторая путаница и домыслы, девяносто девять процентов строителей Сталинской магистрали были приписаны именно к этому ведомству.
Был и еще один пункт в Постановлении. Он давал кое-какие надежды: «б) принять меры к полной сохранности незаконченных строительных объектов, привести их в годное для консервации состояние и обеспечить использование имеющихся на прекращаемых строительством объектах подсобных предприятий, оборудования и материалов для других хозяйственных целей».
Вольные ермаковцы решили, что этот пункт доверят выполнять им. Разговоров было много и очень горячих. Люди возмущались бесхозяйственностью правительства, «зарытыми народными денежками», а многие вслух жалели, что «Сталина на них нет!».
Двадцать восьмого марта по радио передали ожидаемый Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об амнистии».
«В результате упрочения советского общественного и государственного строя, повышения благосостояния и культурного уровня населения, роста сознательности граждан, их честного отношения к выполнению своего общественного долга укрепились законность и социалистический правопорядок, а также значительно сократилась преступность в стране.
Президиум Верховного Совета СССР считает, что в этих условиях не вызывается необходимостью дальнейшее содержание в местах заключения лиц, совершивших преступления, не представляющие большой опасности для государства, и своим добросовестным отношением к труду доказавших, что они могут вернуться к честной трудовой жизни и стать полезными членами общества».
Президиум Верховного Совета СССР освобождал:
— всех осужденных на срок до 5 лет включительно;
— всех осужденных, независимо от срока наказания, за должностные и хозяйственные преступления, а также за воинские преступления;
— женщин (независимо от срока наказания), имеющих детей до 10 лет и беременных;
— несовершеннолетних в возрасте до 18 лет; мужчин старше 55 лет и женщин старше 50 лет, а также осужденных, страдающих тяжелым неизлечимым недугом.
Наполовину сокращались сроки наказания осужденным на срок свыше 5 лет.
Все следственные дела, находящиеся в производстве, и дела, не рассмотренные судами по указанным пунктам, прекращались.
Снималась судимость и поражение в избирательных правах с граждан, ранее судимых и отбывших наказание или досрочно освобожденных от наказания на основании настоящего Указа.