— Не знаю – прохныкала девочка – К нам ночью пришли какие-то дядьки и меня забрали. Я плакала и мама плакала, просили чтобы меня не забирали, но они не слушали…
Девочка опять разрыдалась, а я всячески пыталась ее успокоить, шепча нежные слова.
— Не плачь – увещевала я ее – я тебя обязательно вытащу. Ты только не бойся ничего.
О том, чтобы выломать решетку не могло быть и речи. Имей я точку опоры, это не составило бы труда, а так мне предстояло найти вход в эту комнату среди переплетения тоннелей. Я чуяла, что он был где-то не очень далеко, в соседнем тоннеле, но вот добраться туда было не просто. Я нигде поблизости не ощущала места, где мой и соседний тоннели пересекались.
— Не уходи, Лилит – бросилась девочка к окошку, как только я спрыгнула вниз.
— Ничего не бойся, Сола – сказала я – я сейчас поищу вход.
— Хорошо – дрожащим голоском пропищала она – только пожалуйста, недолго.
— Я постараюсь добраться до тебя так быстро, как только смогу – уверила я ее.
Я напрягла свое чувство направления так, как никогда не делала этого ранее. Рискуя быть обнаруженной, я неслась по тоннелям, сбавляя темп только при приближении к группам людей, и бессильно шипела, раздраженная подобными задержками.
«Да в конце то концов» – возмущалась я про себя – «Это канализация или проходной двор?»
Рядом с входом в бордель располагался один из местных игровых притонов, из которого слышался тихий гул десятков голосов. Перед завешенным грязной тканью проходом стоял здоровенный детина, судя по всему местный вышибала. Из-за ткани доносились детские вскрики и грубые мужские голоса. Я тенью скользнула за занавесь мимо тупо пялящегося в противоположную стену вышибалы и попала в довольно грязное помещение, служившее холлом. Каменные стены были увешаны тканью, похожей на ту, что изображала из себя дверь, но была не такой засаленной и позволяла понять, что та тряпочка на входе когда-то была красного цвета. У одной из стен стояла сбитая из отесанных досок лавка, видимо для дожидающихся своей очереди посетителей, в данный момент пустая. Здесь даже была стойка, оббитая той же красной тканью, за которой восседала толстая тетка, ярко намазанная косметикой, из-за чего при свете факелов ее белое лицо, с провалами вместо глаз и ярко-красными губами, наводящими на мысли о «крови невинных жертв», выглядело причудливой, уродливой маской. Черные с редкими седыми ниточками волосы были собраны в гигантскую шишку на голове, а торчащие в стороны две длинные, толстые спицы в неровном свете факела отбрасывали на стену за женщиной причудливые тени в виде рогов, что только усиливало отталкивающее ощущение.
«Видимо клиенты в этом месте не слишком разборчивы, раз подобное чудовище не отпугивает их от этого места» – ухмыльнулась я про себя.
Алое платье с украшенными пышными буфами рукавами местами было покрыто черными пятнами, видимо от чернил. Вот и сейчас местная мадам что-то усердно считала, то и дело щелкая костяшками местного аналога счет своими коротенькими толстыми пальцами, перемазанными чернилами, при этом усиленно шевеля губами, что-то подсчитывая еще и в уме. На столе перед ней лежал испещренный корявыми закорючками толстенный гроссбух в кожаном переплете и простая железная чернильница, а также несколько деревянных стилусов, которые здесь использовали вместо писчих перьев. Также перед ней выстроились несколько стопок медной мелочи, которые она периодически ловко сгребала в небольшие холщевые мешочки. В это время из дальнего прохода, ведущего в глубь помещения, вышел довольно прилично одетый мужчина, на ходу заправляя рубаху в штаны. Завидя его мадам вскочила и заторопилась к клиенту.
— Надеюсь господин остался доволен – сально улыбнулась она, обнажив улыбку а-ля «мечта стоматолога».
— Да мадам Эйла – кивнул он, — все как всегда замечательно, однако в следующий раз я бы хотел девочку помоложе.
— О! У нас есть новенькая – усмехнулась женщина, вновь продемонстрировав последствия пародонтоза и кариеса в одном флаконе – думаю к следующему визиту она будет готова доставить вам удовольствие.
— Замечательно, мадам Эйла – улыбнулся в ответ мужчина и протянул женщине небольшой кожаный мешочек – здесь как обычно плюс чаевые.
— О! Вы так щедры – постаралась поклониться женщина, однако ее комплекция не позволила ей сделать этого.
Мужчина усмехнулся, глядя на нее, и вышел в тоннель.
— Всего доброго, господин! — крикнула ему вдогонку мадам и направилась на свое место.
