В последнее время мама сама не своя. Она вялая, безжизненная. Кризис среднего возраста? Может быть, но я хочу ей помочь. Мама – самый родной человек, что никогда не предаст. Я люблю её. Она это знает. Время уже позднее: уже двадцать минут восьмого. За окном полная тьма. Наш город почему-то оживает именно в ночное время. Люди-роботы прячутся в своих домах, рассуждая о завтрашней рутине, а им на замену выходят весельчаки, которые привыкли к музыке и к танцам. Они не знают значение слова «работа». Им не знакомо понятие «обязательство». Эти люди живут одним днём, или точнее быть вечером. Иногда мне тоже хочется поменять свои ценности, свои привычки, и просто начать жить для себя.
Экран мобильника резко загорается, и я ощущаю вибрацию. Беру сотовый в руки, хмурюсь и отвечаю на звонок.
– Не думал, что ты ответишь, – сразу говорит Коди. Я вскакиваю с кровати и начинаю бессмысленно блуждать по комнате. Признайтесь, вы ведь тоже так делаете?
– Но я ответила. Чего тебе?
– Знаю, ты злишься на Бена, но давай будем умнее его, согласна?
– Зачем мне это? – я начинаю сердиться. В голову ударились воспоминания о минувших часах, когда блондин накричал на меня, загнав тем самым в ступор. По телу прошлись мурашки.
– Мы дружим с младших классов, Рэйчел. Ты хочешь, чтобы все так закончилось? Это ведь глупо!
Глупо значит… Я ощущаю внутри себя какой-то комок, что хочет вырваться наружу. Возможно, это обида или злость? Начинаю нервничать, поэтому подхожу к комоду и начинаю трогать рамку, на которой изображены мы с мамой. Я крепко обнимаю её и смеюсь, а она мило улыбается. Это моя любимая фотография.
– Я не хочу делать первые шаги! Пусть Бен просит прощения!
– Нельзя быть такой гордой!
– Я не гордая, просто мне обидно, ясно?! Это Бен ведёт себя, как горный козел! Он мог бы мне хотя бы написать, черт возьми!
Тишина. Коди нечего ответить, потому что я права. Дружба исчезает из-за любви и гордости. Ненавижу это чувство – любовь!
– Рэйчел… я жду тебя завтра на вечеринке, – я хотела было уже протестовать, но Хвостик быстро добавил, – обещаю, Бен попросит прощения.
И как мне быть? На самом деле, верите или нет, но я хочу помириться с блондином. Он мой друг. Я скучаю по нашим шуткам, жестам, приколам. Черт возьми, не прошли и сутки, как мы поссорились, а я уже скучаю. Ненавижу свою привязанность к людям. Люди уходят или умирают, а наша привязанность живет вечно.
– Договорились, – сдалась я, – что насчёт дресс-кода?
Слышу, как Хвостик говорит с кем-то на другой линии. Голос женский. Пришлось подождать несколько секунд, пока он не вернулся в наш разговор.
– Захвати с собой в школу красивое платье. Будем танцевать весь вечер, – по голосу понятно, что парень улыбается. Он начал подпевать мелодию какой-то зажигательной песни, от чего я не сдерживаюсь и начинаю смеяться.
– Хорошо-хорошо, только перестань петь! – продолжаю улыбаться.
– Договорились. Увидимся завтра, Рэйчел!
Я отключила телефон и бросилась на кровать. Мое лицо в объятиях подушки, а тело в плену покрывало. Мне чертовски хочется раствориться в этом моменте; превратиться в молекулы, в частицы. Я устала, не физически, а морально. Сегодня я поругалась с Беном, поссорилась с Роуз… За что вселенная меня так ненавидит? Да ещё, вдобавок, я провела полдня с этим Эриком. Эрик… Нет, он не такой плохой, как я считала. Ещё одно правило мне на заметку: не суди человека, если его не знаешь. Мы не знаем, что происходит в жизни каждого из нас; не надо делать поспешные выводы. Каждый может ошибиться, но не каждый способен свою ошибку исправить. До вечеринки остались считанные часы. Начинаю отсчёт. Время пошло.
Этой ночью мне приснился странный сон. Все выглядело очень реалистично и в тоже время нереально. Отчётливо помню место… Это была набережная нашего озера, которое ещё называют «озеро-убийца». Дело в том, что полгода назад, где-то в середине июля, в этом самом озере утонуло шесть человек. Их тела так и не сумели найти. Молодые говорят, что людей съело морское чудовище (тинейджеры придумали легенду о гибриде – акулозавр, что живет в нашем маленьком море ещё с юрского периода. Чушь редкостная), а взрослые утверждают, что погибшие были под действием алкоголя, и по неосторожности могли утонуть, а их тела унесло течение (из нашего озера вытекает одна огромная река, которая впадает в какое-то море). Итак, мы с Ро и Коди сидели на берегу и игрались в песке, словно нам по десять лет; потом каким-то образом появляется Эрик и Эмма. Я уже не помню, что они говорили, но речь шла о луне и волнах. Я хорошо помню, как небо над нами меняло окрас: оно было и розовым, и желтым, и фиолетовым, а затем небо исчезло, а ему на замену пришёл космос. Коди и Эмма прыгнули в озеро и начали смеяться. Они без причины смеялись, и это было страшно. Роуз куда-то пропала, и мы с Эриком остались наедине. На нем была серая майка и джинсы, а на голове был странный головной убор, что-то между кепкой и ушанкой, не угадать…
