Вечное полностью

— На юге с нами будут дивизии «Пьяченца» и «Гранатьери ди Сардинья». А насчет немцев: сюда надвигаются регулярные подразделения вермахта и десантники. Большинство из вас наслышаны об их репутации элитной пехоты. Наши войска значительно превосходят их по численности. — Отец помолчал, ожидая новых вопросов, затем продолжил: — Господа, я не любитель трепаться. Наша задача ясна: удержать Порта Сан-Паоло. Не дать немцам войти через эти ворота в город. У нашей пехоты имеется тяжелая военная техника. Мы будем вести огонь с крыш и домов. У нас есть план сражения, и мы будем ему следовать. Бой может продлиться весь день, но когда он закончится — мы победим. Мы сражаемся за свободу и наш великий город. Защитим Рим! Viva l’Italia! Viva Roma!

Все дружно подхватили клич. Марко забросил винтовку на плечо и проглотил тяжелый комок в горле. Партизаны вышли из дома и трусцой побежали по улице. Это был небогатый район с неприметными строениями и скотобойней поблизости. В домах и лавочках царила тишина, ставни и железные решетки были закрыты. Местные ожидали начала боя, поскольку знали, что немцы попытаются прорваться в город именно отсюда. Со времен Древнего Рима так поступали все захватчики, начиная с вестготов.

Марко мчался по улице, вглядываясь вперед. Порта Сан-Паоло — Ворота Святого Павла — массивное сооружение из кирпича, которое также называли Castelletto[115], поскольку оно с виду походило на средневековый замок с зазубренной стеной и двумя большими башнями по бокам от ворот в центре. От ворот шли две дороги, ведущие в Рим: с запада Виа-Мармората и Виалле-делла-Пирамиде-Цестиа на востоке. Главной магистралью с юга была Виа-Остиенсе, и именно здесь ожидалось нападение немцев. Рядом с Порта Сан-Паоло находилась древняя пирамида Цестия, которая была встроена в стену Аврелиана — часть самых древних укреплений города. Ее белый мрамор сиял в лучах раннего утра, а вершина упиралась в восходящее солнце.

Итальянская армия занимала позиции вокруг Порта Сан-Паоло и пирамиды. Солдаты в рассредоточенном боевом порядке проверяли снаряжение. Перед воротами выстроился целый отряд итальянских танков и моторизованных штурмовых машин, один танк заехал под арку ворот. Солдаты зарядили самоходные орудия, стомиллиметровые гаубицы, у ворот поставили стрелков, а вдоль Виа-Остиенсе — треноги для пулеметов.

— Идем, Марко, — позвал его отец.

Марко торопливо последовал за отцом и его старым другом Арнальдо, еще одним ветераном. Остальные партизаны, согласно плану Беппе, разбились на небольшие отряды и разошлись по домам, стуча в двери и прося жителей пустить их к окнам и на крышу.

— Открывайте! — крикнул отец, колотя в обшарпанную створку двери в южном конце квартала.

— Нет! — донесся изнутри дрожащий голос. — Нам неприятности не нужны!

— Мы защищаем вас и вашу семью! Откройте! Это ваш долг как гражданина Италии!

Дверь открылась, на пороге стояла встревоженная и изможденная старуха. Отец Марко уговорил ее разрешить им войти, самой велел спрятаться в подвале и отправился на крышу — та оказалась плоской, за исключением небольшой будки, куда выходила лестница.

Беппе махнул своим спутникам.

— Арнальдо, ты идешь со мной на южную сторону. Марко, на тебе северная, только укройся за будкой. Спрячься.

— Но как же так, отец? Я думал, мы будем сражаться вместе.

Отец строго посмотрел на него.

— Делай, как велено. И не стреляй, пока я не отдам приказ.

Марко хотел было возразить, но не стал.

— Когда появятся немцы?

— Посмотрим. Война — это ожидание. Иди на свой пост.

Марко поспешил к сараю и занял позицию одновременно с отцом, который встал с другой стороны здания. Немцы должны были подойти к Виа-Остиенсе с юга, так что отец и Арнальдо были ближе к месту событий. Отец защищал его, отправив в тыл. Но Марко решил: когда начнется стрельба, он проберется вперед. Он пришел сюда не для того, чтобы прятаться.

Марко посмотрел сквозь прицел своей винтовки на Виа-Остиенсе. Представил себе, как немецкие войска и их танки врываются в его город. Марко не верилось в происходящее. Он отсиживался в тылу всю войну, а когда объявили перемирие, отправился сражаться.

«Лучше поздно, чем никогда», — подумал Марко.

Началось сражение. Итальянская армия и гражданские добровольцы с самого начала получили преимущество, бросившись на немцев, как только те показались на Виа-Остиенсе. Итальянцы вели храбрый и кровопролитный бой, в воздухе повис дым, стоял ужасающий грохот. Начался обстрел, и солдаты обеих сторон падали замертво к подножию Castelletto и пирамиды.

Марко стрелял не колеблясь. У него кончились патроны, и мальчишка-подносчик пополнил его запасы. Прятаться за будкой Марко не понравилось. Со своей позиции он не мог определить, попадали ли его пули в цель. Когда выдалось минутное затишье, он бросился вперед и стал стрелять с передней части крыши, там, где засел отец.

— Назад, Марко! — крикнул тот, перекрывая грохот выстрелов.

— Здесь я достану их лучше!

— Вернись! И слушай мои приказы!

— Ты говорил, я буду сражаться! Так почему запрещаешь?