— Я не могу от нее отказаться. — Марко знал, что это действительно так, хоть и понимал возражения Эмедио. — А почему они вообще позволили нам дружить? Зачем?
— Вы учились в одном классе, ничего нельзя было поделать. Они думали, что если вмешаются, то вас только сильнее потянет друг к другу. — Эмедио смягчился. — Послушай, брат, ты молод. Ты можешь заполучить любую девушку, какую только пожелаешь. Вряд ли она так уж много для тебя значит.
— Очень много.
— Как далеко все зашло?
— Что за вопросы ты задаешь, брат? — Марко оскорбился. — Никуда не зашло.
— Ты? Ждешь, когда девушка созреет? — Эмедио приподнял темную бровь. — Не верю.
Марко совсем помрачнел.
— Я имею полное право встречаться с Элизабеттой.
— Дело не в том, что тебе можно, что нельзя, а в том, что ты
— Не отступлюсь. Знаешь, Сандро тоже в нее влюблен. Можешь сыграть на его стороне. Полегчало?
Лоб Эмедио разгладился.
— Так пусть она достанется Сандро. Он ей подходит.
—
— Прости, что не салютую тебе, — поджал губы Эмедио.
— Следи за языком! — О вылетевших у него словах Марко тотчас пожалел.
— Это в тебе говорит темная сторона, — нахмурился Эмедио.
— Нет у меня никакой темной стороны.
— У всех она есть. Работая в
Слушать его Марко больше не хотел. Он покатил свой велосипед прочь.
— До свидания.
— Марко, постой…
Но тот вскочил на велосипед и нажал на педали. Он набрал скорость, ему было все равно куда ехать. Все, что он знал о своей семье, оказалось ложью. Его мир рухнул, и Марко не знал, в кого теперь верить, если в отца верить нельзя.
Открыв дверь, Сандро увидел, что все готовятся к седеру — шел первый вечер Песаха[72]. Он приехал из Ла Сапиенцы с прекрасными новостями и обрадовался, что может поделиться ими с семьей в этот особенный вечер — пришла даже Роза. Стол был покрыт лучшей скатертью, его украшали лучший фарфор, бокалы и серебряные приборы, а в самую середину мать как раз водружала вазу с цветами.
По радио негромко звучал скрипичный концерт Вивальди.
— Счастливого Песаха, Сандро! — сказал отец, поправляя перед зеркалом галстук.
Роза и Дэвид, расставляющие вино на буфете, тоже поприветствовали его.
— Всем счастливого Песаха! — Сандро повесил рюкзак на вешалку и расцеловал отца и сестру. Та была одета в темно-синий костюм, оттеняющий блестящую копну русых волос. Она была накрашена, и пахло от нее цветочными духами, которыми Роза стала пользоваться чаще.
— А пахнет от тебя приятнее, чем обычно, — сказал Сандро, поддразнивая сестру.
— Получше, чем от тебя, — улыбнулась Роза в ответ.
— Сандро, рад тебя видеть. — Дэвид пожал ему руку. Сандро он нравился, хотя ни один римлянин не стал бы носить такой теплый твидовый костюм, как у жениха сестры, особенно весной.
Мать тоже обняла Сандро; на ней был серый костюм с жемчужным ожерельем, в ушах — серьги с жемчужными каплями, а седые волосы она уложила в шикарную ракушку. Вошла Корнелия с серебряным блюдом в руках; она принесла
— Выглядит очень аппетитно, Корнелия!
Та в ответ благосклонно кивнула:
— У нас будет
— Замечательно! Подходите все сюда, смотрите, что покажу! — Сандро, раскрасневшийся от счастья, достал из кармана пиджака конверт. — Это письмо от профессора Леви-Чивиты. Я написал ему, и он ответил. Смотрите!
— Дай-ка взглянуть… — Отец поспешил к нему, мать, сестра, Дэвид и Корнелия тоже сгрудились вокруг.
Сандро прочел письмо вслух:
— «Дорогой Алессандро, благодарю за письмо. Я видел ваши расчеты, вы превосходно справились. Вы подаете большие надежды! Возможно, за вами будущее итальянской математики. По окончании школы я хотел бы предложить вам работу, вы будете находиться непосредственно у меня в подчинении. Как только позволит мое расписание, надеюсь встретиться с вами, так что будем поддерживать связь. С наилучшими пожеланиями, Леви-Чивита».
Отец похлопал Сандро по спине.
— Поздравляю! Как здорово, сынок! Ты на пути к успеху!
— Как чудесно! — Мать в восторге прижала руки к груди. — Я так горжусь тобой, Сандро! Я же говорила тебе!
— Великолепно! — улыбаясь, сказал Давид.
— Значит, теперь мы должны звать тебя синьор Будущее итальянской математики?
— Ха! — усмехнулся Сандро, пряча письмо в нагрудный карман. — лучше сразу зовите меня
Все засмеялись, особенно Джемма.
— Сандро, — сказала она, — сегодня вечером придут новые заказчики твоего отца, семья Феррара. Ничего, если мы расскажем, какую работу тебе предложили?
