Поступает еще два звонка прежде, чем он перестает звонить. Никаких СМС с глупыми вопросами, мол, объясни, что происходит, никаких попыток позвонить вечером или на следующий день. Кажется, он догоняет, что это не звонок сорвался, а я сбросила и не беру нарочно. А там уж важно ли, по какой причине?
Позиция Сантино очень облегчает мне жизнь – он не навязывается, карауля меня часами под домом, и, кажется, совершенно спокойно принимает факт моего отторжения, несмотря на наш вчерашний поцелуй.
И все бы ничего, но одно дело убедить в моих «мучениях» Кэти с Тэдом, а совсем другое – себя. В отличие от них я-то знаю, что вчера была совсем не надрата в стельку (пол-литровой бутылкой сидра-то? не смешите) и вполне осознанно ответила на поцелуй. Более того, я совсем не ощущаю даже сейчас к этому отвращения, лишь вину перед Тэдом. Зато всепоглощающую и безраздельную, которая не даст мне спокойно вновь встретится с Сантино и уж тем более променять на него Тэда.
Может, это и хорошо. Сантино совсем не тот вариант, который мне нужен. Да, он веселый и приятный, но у Тэда хорошее будущее, а Сантино вряд ли уйдет дальше местного колледжа в лучшем случае. Если не сядет за что-нибудь раньше.
Но не проходит и недели, как я в который раз забиваю на все свои разумные доводы и заключения.
Все следующие десять дней я, как ни стараюсь, не могу выкинуть из головы Рамоса, – хотя он, кажется, в свою очередь справился с этим на ура. Больше ни одного звонка, ни одной попытки прийти ко мне домой или что-то в этом роде. Однако я просматриваю истории, сделанные с того вечера, вспоминаю весь тот вечер, и как-то на его фоне, что ли, меркнет все, что происходит со мной сейчас.
Я стараюсь следовать разуму, но теперь прогулки с Тэдом или все вчетвером не приносят былого веселья. Вспоминаю, как билось сердце, когда мы с Сантино пробирались втихаря под железной сеткой, – вот там было настоящее веселье!
Это совсем не значит, что я повторила бы, боже упаси, нечто подобное и опасное, но вспоминать об этом определенно приятно. Как и о том, что было после – но в этом я не собираюсь признаваться даже себе.
В школе теперь уже у всех на устах только две темы: экзамены и выпускной. Причем обоим отведено примерно одинаковое количество. Учителя больше не заваливают нас домашками, зато назначили консультации для усиленной подготовки к экзаменам. Это фигово, потому что мой режим вновь можно свести к тому, что был при исправительных работах.
Радует одно – теперь это участь всех выпускников, а не только особенно нерасторопных на матчах.
Кстати, о матчах. С тех самых пор, как меня поймали на поле царапающей в бешенстве лицо девчонке, что вцепилась мне в волосы, я перестала ходить на игры Тэда. Кэти продолжала, но у меня теперь был хороший предлог. Я так и говорила Тэду – не знаю, что там может произойти еще, но больше не горю желанием вновь оказаться на работах.
Тэд меня понимал и не заставлял ходить смотреть его игры, искушая чувством вины, мол, я не хочу его поддержать. Мне нравилось, что он меня не принуждает к этому. Может, именно поэтому сегодня, сидя в комнате, я всерьез задумалась над тем, чтобы пойти на очередную их игру.
Она должна была быть в пять часов, а сейчас четыре. Я опять отказалась, потому осталась одна. Тэд с Бредом играют, Кэти, как всегда, болеет за своего ненаглядного. А когда я остаюсь одна дома (особенно когда даже мама на работе), навязчивые противные мысли о Сантино Рамосе возвращаются с былой силой.
Потому я думаю, так ли уж хуже матч, чем эти бесплодные мысли? Просто дам себе зарок не выбегать на поле, что бы ни случилось. Даже если вдруг в небе появится планолет НЛО и начнет всех забирать, я не стану бежать на поле. Даже если туда сиганет Кэти или Тэду начнут бить лицо, я не стану бежать на поле.
Пара зароков – и все отлично. Вряд ли я как-то смогу нарушить правила, просто сидя, как и все, на трибунах да поглядывая, как мой парень выигрывает (надеюсь) у очередной команды.
Я решаю сделать сюрприз – уверена, все трое ошалеют и придут в восторг, что я наконец вновь в их строю. Кэти уж точно будет вне себя от радости, что у нее опять есть кому повозмущаться на то, что творится на поле.
Однако времени у меня немного – учитывая еще, что надо добраться до стадиона.
Я быстро вскакиваю и нацепляю шорты да майку а-ля Кэти. Конечно, я ведь иду на игру Тэда, и если он выиграет, то после нее мы опять пойдем в кино или кафе. Я должна быть при параде, хоть и на этот «парад» у меня чертовски мало времени.
Быстро подвожу глаза, прохожу едва заметной помадой по губам, распускаю волосы. Понимаю, что волосы грязные и их следовало помыть. Чертыхаюсь и вновь собираю их в хвост, стараясь одновременно сделать его пышным и красивым и в то же время этим скрыть факт грязности моей шевелюры.
Немного усилий – и, кажется, выходит вполне сносно.
