На этот раз у входа на кладбище меня встретил более подозрительный полицейский, которому, по всей видимости, уже подпортила нервы группа туристов, возмущенных тем, что их не пускают на знаменитое кладбище. Страж порядка связался с комиссаром по рации, добросовестно уточнив, можно ли пропустить к нему некоего Алена Муара, после чего хотел было приставить ко мне провожатого, но я решительно отказался, заверив, что найду нужное место самостоятельно – как предварительно сообщил мне комиссар Риво, труп обнаружили «по соседству» с могилой прабабушки Мари.
И вот я вновь шел по тем же аллеям кладбища под скорбно заморосившим мелким серым дождем, под которым застыли там и тут потемневшие от времени каменные плачущие ангелы. Итак, прошло каких-то несколько часов, и выяснилось, что мертвая Мари была не одна: где-то поблизости от своей пассии лежал мертвый Нико, не в силах привлечь к себе внимание полиции, чтобы и его бездыханное тело увезли на пару с подругой.
Интересно, почему все-таки оба оказались убиты именно на кладбище? Допустим, как ни сентиментально это звучит, но Мари действительно могла уговорить подкараулившего ее убийцу дать ей возможность умереть на могиле прабабушки. А Нико? Насколько известно, у него на кладбище Монмартра никто из родни не захоронен. Зачем же ему было тут появляться? Может, они с Мари заранее договорились встретиться именно здесь, чтобы более-менее спокойно обсудить свои дальнейшие шаги? Но Мари перехватили на машине у самого подъезда! Неужели она выдала убийце свои планы о встрече с Нико?
Я неторопливо шагал в уже известном мне направлении, невольно отмечая своих «старых» знакомых – котов, что мирно прятались от дождя под каменными склепами. Равнодушно прищурив глаза, они полудремали, словно их, жителей парижского некрополя, давно не волновали вопросы питания-размножения и прочая дребедень повседневной жизни простых смертных. Лишь изредка кто-то из котов вдруг вскакивал и грациозно потягивался, заставляя меня невольно вздрогнуть от внезапного взгляда прозрачных желтых глаз.
