Я знаю, наверно, —я вечности древои кровью моеюнакормлены звезды,а птицы в листве —мои сны и мечты.И если паду я,подрубленный смертью, —обрушится небо.
Перевод М. Самаева
<p>107</p>Я не я.Это кто-то иной,с кем иду и кого я не вижуи порой почти различаю,а порой совсем забываю.Кто смолкает, когда суесловлю,кто прощает, когда ненавижу,кто ступает, когда отступаюсь,и кто устоит, когда я упаду.
Перевод А. Гелескула
<p>108</p>Я как бедный ребенок,которого за руку водятпо ярмарке мира.Глаза разбежалисьи столько мне, грустные, дарят…И горше всего, что уводят ни с чем!
Перевод А. Гелескула
<p>109</p>О да! С усилием густую кронуприроды лбом раздвинуть пред собой.И, дав своим раздумьям больше света,навеки заключить их в круг иной,расширенный!..Чтоб бесконечность эта,оставшаяся вне, была такой,как улица пустая в день воскресный:безмолвной, неживой, неинтереснойи духу озаренному —чужой.
Перевод Н. Ванханен
<p>110</p>Давно уже созрело мое сердце,и для него — что петь,что умирать.Как чистая страницадля дум и сновидений,раскрыта книга жизни,раскрыта книга смерти.И в той, и в этой — вечность, мое сердце.Одна и та же. Пой и умирай.
<p>112</p>На целый денья отдаю мое сердце:матери — розой,морю — любовью,славе — печалью…Ночь на дворе,а сердце мое, непослушный ребенок,еще не вернулось.— Спи, сынок, — шепчет мама.Я улыбаюсь и уже засыпаю,а его еще нет.А утром:— Сынок, полежал бы еще… —Каким криком радости ты, мое сердце, во мнетеснишься за миг до того, как уйти!
Перевод М. Самаева
<p>113. Смерть</p>Завороженно— на воскресном солнце —глядели в пустоту калейдоскопатвои большие черные глаза.И вот они, печальные, закрылись…И ты теперь — пустой калейдоскоп,душа твоя полна цветных узоров,и, глядя вглубь, ты с них уже не сводишьзрачков, завороженных навсегда!
Перевод А. Гелескула
<p>114. Моря</p>Я чувствую, что в темной глубинемой парусник на что-то натолкнулсяогромное…И только. Ничегоне происходит! Волны… Тишина…— А если все уже произошлои, безмятежных, нас переменило?
