– Говорят, король Стефан приказал повесить всех, кто нес караул в ту ночь, – сообщил Вильгельм де Румар. – И еще сказал, что, если бы ты привел императрицу Мод ему, то получил бы в десять раз больше.
– Предательство – дело доходное, но одноразовое. За преданность в итоге больше получишь: она многоразовая, – поделился я своими соображениями.
– Если так и дальше будет продолжаться, ты скоро станешь богаче меня, – как бы в шутку произнес граф Честерский.
Нет ничего более опасного, чем зависть человека, от которого ты зависишь.
– Для этого мне придется спасти всех императриц, королев и даже принцесс на земле! – пошутил я в ответ.
Графа Ранульфа моя шутка польстила и расслабила.
Мы договорились, что с учетом приведенного мною войска я прослужу на обоих сорок дней. Мог бы и меньше, но за остальных согласился получить деньгами. Этого срока должно хватить на рейд по вражеским тылам. На большее оба графа не замахивались. Было бы, конечно, хорошо захватить какой-нибудь город или замок, но по-быстрому это не получится, а длительную осаду не позволит король Стефан. Мериться с ним силами еще раз никто не хотел. Да и король, как я понял, тоже не собирался ставить на кон свою судьбу. Видимо, кандалы – действенное орудие по повышению интеллектуального уровня. Правда, за счет храбрости.
Под Бристолем собралась более внушительная армия, чем была осенью. Многие сочли побег императрицы Мод из Оксфордского замка божьим промыслом. Народ здесь до крайности суеверен, во всем ищут предзнаменования. Это легче, чем думать и принимать решение. Зато отсутствовал Миль Глостерский. Погиб на охоте в лесу Дин. Как повелось здесь, в него «случайно» попала стрела.
– Я забыл, когда последний раз ездил на охоту, – признался Роберт, граф Глостерский. – Это было до прибытия Мод.
– А я с тех пор, как стал графом, – грустно улыбнувшись, сообщил Ранульф де Жернон, граф Честерский.
– Лучше стрелу на охоте, чем долго умирать от болезни, как мой отец, – не согласился с ними Вильгельм де Румар, граф Линкольнский.
Мы сидели в кабинете графа Глостерского, разрабатывали план предстоящей компании. В камине горел огонь, хотя день был сухой и теплый. Роберт Глостерский рассказал нам последние разведданные:
– Король Стефан сейчас строит крепость в Уилтоне. С ним большая армия. Слишком важна для него эта крепость. Она перекроет нам движение на восток.
– Значит, мы можем спокойно разорять его владения в других местах, – пришел к выводу граф Честерский.
– Можем, – согласился Роберт Глостерский, – но это будет последнее такое лето. В следующем году он построит еще пару замков, и мы окажемся запертыми в своих западных владениях.
– Предлагаешь напасть на него? – спросил в лоб Вильгельм де Румар.
– У нас мало сил, – ответил Ранульф де Жернон вместо графа Глостерского.
– Да, сил у нас маловато, – согласился граф Роберт. – Жоффруа прислал письмо, что не сможет помочь. Он собирается в этом году завоевать всю Нормандию.
– Если не в этом, то в следующем – точно. Королю Стефану сейчас не до Нормандии, – сказал граф Честерский. – Мне кажется, Жоффруа именно для этого и отправил Мод в Англию.
– Он готов был отправить ее куда угодно, но не повезло Англии, – шутливо произнес граф Глостерский и продолжил уже с горькой иронией: – Это же надо – упустить корону в самый последний момент! Стоило оставить Мод на несколько дней без присмотра, как она умудрилась рассориться с церковью и лондонским быдлом. Не могла потерпеть несколько дней!
– Императрице не пристало быть королевой, – утешительно произнес граф Ранульф.
– Как сказать! – не согласился с ним граф Роберт. – Лучше быть действующей королевой, чем бывшей императрицей, женой графа. С Жоффруа она тоже рассорилась, поэтому он и не хочет нам помогать.
– Да, характер у нее не сладкий, – тяжело вздохнув, произнес граф Вильгельм. Судя по тому, сколько времени он проводит вдали от жены, ему тоже не повезло.
– При этом все у нее плохие! – продолжил злиться на сестру Роберт Глостерский. – Нет, вру! – произнес он и с усмешкой посмотрел на меня: – Ей нравится ее паж Обри и наш Александр. Она посвятила тебе половину письма, присланного мне. Пишет, что ты от Оксфорда до Уоллингфорда нес ее на руках.
– К сожалению, бог не дал мне столько сил, – отказался я от такой славы, – но придумано красиво.
– Да, она всегда пыталась жить в выдуманном мире, – с теплой улыбкой сказал граф Роберт о своей сестре.
Он был вторым человеком, из известных мне, с кем она не капризничала. Наверное, они любили друг друга, как брат и сестра, хотя были всего лишь единокровными.
– Ладно, вернемся к нашим военным планам, – стряхнув с себя эмоции, произнес граф Глостерский. – Я предлагаю отбить Оксфорд. Там у нас много сочувствующих, помогут взять город. Может, осада Оксфордского замка заставит Стефана бросить строительство Уилтона и поспешить на помощь. Что скажите?
– Оттуда можно будет совершать набеги в сторону Лондона, – пришел к выводу граф Линкольнский.
– Неплохой план, – решил и граф Честерский.
