Подпустив врага на близкое расстояние, партизаны открыли по машинам огонь в упор. Два грузовика сразу же запылали. Спасаясь от партизанских пуль, гитлеровцы в страхе выпрыгивали из машин в снег. Один из офицеров пытался организовать бой, кричал, подавал команды, но вскоре был убит. Это усилило замешательство среди неприятеля. Пулеметчик комсомолец Зикрацкий из ручного пулемета открыл огонь по гитлеровцам, засевшим под машинами. Автоматчики Астапкович, Власов и Чурко во главе с командиром отделения Загорским окружили заднюю машину и уничтожили засевших за ней фашистов. Младшие командиры Богданов, Леончик и Скоромник подняли подчиненных в атаку на другие машины.
Все семь грузовиков сгорели. Было уничтожено свыше сотни солдат и офицеров противника, захвачены богатые трофеи.
Когда партизаны отошли в лес, Зикрацкий сказал Калашникову:
— Гитлеровцев было в три раза больше, чем нас. Вы подали команду открыть огонь, когда машины оказались рядом с нами. Если бы противник не растерялся, он бы смял нас…
— Сколько твой расчет уничтожил гитлеровцев? — спросил Калашников.
— Не считал. Но думаю, что не меньше двадцати.
— Вот поэтому я и не побоялся завязать ближний бой с превосходящими силами противника, — улыбнулся коммунист.
Так действовали наши коммунисты и комсомольцы. Кипучей энергией, деловитостью, личным мужеством они многое делали для поддержания высокой боеготовности отрядов и бригад.
По инициативе членов партии среди партизан был популярен боевой лозунг: «Достойно встретим VI сессию Верховного Совета БССР!» В отрядах стали готовить рапорты высшему органу государственной власти республики. Право первыми подписать эти рапорты предоставлялось самым активным бойцам. Бригады соединения Борисовско-Бегомльской зоны в марте совершили семь нападений на гарнизоны противника, отбили более десятка вылазок врага на населенные пункты, контролируемые партизанами. Группа народных мстителей из отряда «За Отечество» бригады «Штурмовая» разгромила гарнизон Зеленый Луг, что в двух километрах от Минска. Операция была осуществлена настолько быстро, что гитлеровцы даже не успели вызвать на помощь подкрепление из города. Партизаны захватили семь лошадей и сорок голов крупного рогатого скота, которые были розданы населению. Бригада «Железняк» разгромила гарнизоны противника в местечке Вязынь и в деревнях Ольховка и Шимковщизна Вилейской области.
Вечером 15 марта четыре молодых партизана-комсомольца во главе с Сергеем Колескиным возвращались с задания в отряд. Впереди за перелеском показалась деревня Заря Смолевичского района.
— Давайте остановимся в Заре, отдохнем малость, — предложил Сергей.
Партизаны подошли к сараям, прислушались. Кругом тишина. Постучали в дверь крайнего дома, из трубы которого поднимался дымок.
— Заходите, пожалуйста. Только будьте осторожнее, в деревне сегодня остановились немцы, — приветливо встретил хлопцев глубокий старик — хозяин хаты. Посреди комнаты стояла печка-буржуйка, в ней ярко горели дрова. Не успел Колескин выставить пост, как в сенях что-то загрохотало, дверь с шумом распахнулась и в комнату ворвались немецкий офицер и солдат-автоматчик.
— Руки вверх! — на ломаном русском языке заорал фашист.
Колескин не растерялся — быстро развернулся и дал длинную очередь по гитлеровцам. Офицер тотчас же свалился у порога. Солдат бросил автомат и, дико вскрикнув, пустился наутек.
— На улицу! — скомандовал Сергей друзьям. Те ринулись в дверь.
— Уходите и вы. В лес! — приказал командир группы старику.
В тот же миг Сергей в окно увидел нескольких гитлеровцев, пробиравшихся вдоль забора. На улице затрещали выстрелы — это товарищи Колескина завязали бой. Сергей полоснул по фашистам длинной очередью, а сам устремился ко второму окну, выходившему во двор. Партизан вышиб ногой раму и спрыгнул на землю. В этот момент мимо окна, согнувшись, бежал немецкий солдат. Колескин в упор выстрелил в гитлеровца и бросился к погребу, находившемуся рядом с домом.
Где-то в стороне, за сараями, прогремели взрывы гранат, трещали автоматные очереди. В небо взвилась белая ракета. Слышались крики немецких солдат.
«Там наши», — решил Сергей. Его уже не могла удержать у погреба никакая сила. Он вскочил и бросился на помощь товарищам. Добежав до сарая, дал очередь в темноту — туда, где угадывались вражеские фигуры. Фашисты замялись, открыли стрельбу в его сторону. Это только и надо было Колескину; он понял — теперь товарищи благополучно дойдут до леса.
Командир группы, изредка отвечая на огонь гитлеровцев, быстро отходил от деревни. Над ним с треском взорвалась ракета, мертвенным светом озарившая снежное поле. Колескин упал и притаился возле сугроба. Гитлеровцы стреляли наобум. Но вот со стороны леса послышались очереди, — это партизаны поддерживали огнем своего командира. Сергей преодолел открытое поле и догнал друзей, залегших в кустарнике.
— Теперь все в порядке, — сказал Колескин, еле отдышавшись. — Фашисты ночью в лес не пойдут.