Только на третий день, после ввода в бой свежих резервов, карателям удалось потеснить бригады «Штурмовая», имени Фрунзе, «Большевик» и имени Кутузова. Партизаны вынуждены были отойти на вторые оборонительные позиции. В связи с отходом кутузовцев открылся правый фланг бригады «Народные мстители»; поэтому и она вынуждена была отойти на новый рубеж. Противник усилил нажим на позиции, занимаемые бригадой «Железняк». «Железняковцы» выдерживали интенсивные артиллерийские и воздушные налеты, отражали яростные атаки вражеской пехоты. Партизаны нередко сами переходили в контратаки. Пленные рассказывали, что противник несет большие потери. Однако натиск его возрастал, в бой вводились все новые подкрепления. Партизаны бригады «Железняк» по-прежнему занимали свои позиции на первом рубеже обороны; они оставили их лишь после десяти дней боев.
К началу июня противник значительно потеснил на восток бригады «Штурмовая», имени Фрунзе и «Большевик» и овладел шоссейной дорогой Минск — Логойск — Плещеницы. Кольцо блокады сжималось. Ни в коем случае нельзя было допускать скапливания в этом кольце всех бригад. Требовалось заставить противника рассредоточить свои силы, навязывать ему бои не только по фронту, но на флангах и в тылу. Командирам бригад «Штурмовая», имени Фрунзе и «Большевик» было приказано прорвать фронт противника, выйти в его тылы и там, за внешним кольцом блокады, нападать на врага, совершая смелые маневры.
Утром 2 июня партизаны этих бригад стали сосредоточиваться для прорыва в районе деревни Среднее. Но случилось так, что их обнаружила вражеская авиация, которая почти весь день бомбила партизанские отряды. В сумерках на наших бойцов наткнулся немецкий разведотряд численностью до двухсот человек. Партизаны, подпустив противника на близкое расстояние, внезапным пулеметно-автоматным огнем нанесли ему большой урон. Уцелевшие гитлеровцы отошли назад, к шоссе, вдоль которого проходила первая линия их оборонительных сооружений.
Чтобы не упустить время, командование группы прорыва решило ворваться на позиции противника, взломать его оборону и выйти из кольца окружения. В воздух взвилась сигнальная ракета. Завязался жестокий бой, продолжавшийся почти всю ночь.
В охваченном огнем лесу непрерывно гремело партизанское «ура-а!». Бойцы врывались во вражеские окопы, уничтожая врага прикладами и кинжалами. Вся территория вдоль шоссе Логойск — Плещеницы была усеяна трупами людей, лошадей, разбитыми повозками. Часть партизан, прорвав кольцо окружения, вышла в свои районы, а часть вынуждена была отойти.
5 июня гитлеровцы заняли дорогу Плещеницы — Бегомль.
6 июня я встретился в деревне Горелое Бегомльского района с командирами и комиссарами бригад «Народные мстители» и «Железняк». Нам стало известно, что каратели произвели перегруппировку своих наступающих частей и в связи с этим несколько ослаб их фронт в районе лесного массива северо-восточнее деревень Жердяжье и Околово. Здесь я приказал 7 июня нанести удар по врагу и выйти из окружения. В ночь на 8 июня бригады и спецотряд А. Иванова сосредоточились в указанном направлении и решительной атакой смяли врага, обеспечив себе проходы в его позициях. Бригада «Железняк» вышла в лесной массив Кромовичи — Великое Поле — Жамойск, а бригада «Народные мстители» — на свои прежние базы в Плещеницком районе. Эти бригады, действуя в тылу карателей, на время отвлекли на себя часть сил противника.
10 июня противник нанес удар по позициям бригады «Смерть фашизму». К исходу дня карателям удалось несколько потеснить партизан, которые ночью отошли в район деревень Заречье, Чемки, Мостище. Немецкое командование подбросило сюда несколько новых частей, пытаясь зажать бригаду в устье рек Цны и Гайны. Но маневр врага был своевременно разгадан, и бригада избежала нового удара, рассчитанного на окружение партизан на узком пятачке и их полный разгром.
Вскоре каратели перешли в наступление со всех направлений и начали теснить бригады в болота, расположенные возле озера Палик. Выход у нас был только один: прорыв блокады. Так именно и был поставлен вопрос на коротком совещании командного и политического состава 12 июня.
— В паликские болота нам отступать нельзя, — высказал я свое мнение. — Противник намного сильнее нас и способен причинить партизанам огромный урон. Надо пробиваться в свои прежние районы, этим мы сведем на нет усилия карателей…
Первыми подготовились к прорыву блокады бригады имени Калинина, «Смерть фашизму» и приданные им отряды из бригад «Большевик» и «Штурмовая». Они подошли к месту прорыва — гнутским лесам, но были обнаружены противником и отброшены за реку Березину. Лишь отряду имени Чкалова во главе с Г. А. Щемелевым и нескольким группам партизан бригады «Большевик» удалось прорваться в тыл врага. Об ожесточенности этих боев свидетельствует тот факт, что партизаны целыми взводами бросались на станковые пулеметы врага; многие бойцы гибли, но зато давали возможность выйти из кольца блокады другим.