— Нам сказали, что на болоте никого в живых не осталось. Мы пошли смело. А тут такое…
— Почему вы на проческу болота ходите толпой, а не цепью? — спросил я пленного.
— Так лучше. — Немец смущенно опустил глаза.
Эх, вояки! Даже сейчас, когда карателей раз в двадцать больше, чем партизан, они боятся сунуть нос в болото, ходят толпой, чуть ли не держась за руки. Партизаны издали определяли направление движения того или иного вражеского подразделения, отползали в сторону, пропуская карателей в глубь болота, а потом окружали и расстреливали сгрудившихся гитлеровцев.
Партизаны оказывали отборным фашистским подразделениям героическое сопротивление. В одном из боев с карателями особо отличилась работница штаба соединения Надежда Кочерга. Я хорошо знал эту черноглазую двадцатилетнюю комсомолку. Весной 1942 года она явилась в военкомат и попросила направить ее в действующую армию. После окончания спецшколы Надю направили в тыл оккупантов, в Минскую область, куда она прибыла в конце августа 1942 года. До августа 1943 года Надя находилась в бригаде «Дяди Коли» в составе молодежной группы подрывников. Она лично спустила под откос пять вражеских эшелонов. В августе 1943 года Надю взяли в штаб соединения, где она возглавила группу радистов. Все уважали ее за скромность, деловитость и отвагу. Надя служила примером в поведении, она бережно хранила любовь к парню, сражавшемуся на фронте. За ней пытался было ухаживать радист Алешка, но она его так отчитала, что тот навсегда оставил свои попытки завоевать сердце девушки.
После этого Алексей уважительно говорил о Наде:
— Счастье, у кого такие невесты!
Во время боев в тесном кольце окружения на болоте у озера Палик Надя с группой партизан обороняла небольшой островок. Каратели трижды штурмовали его, но так и не смогли добиться успеха. Во время четвертой атаки девушку тяжело ранило, она уже не могла держать автомат. Ворвавшись на островок, гитлеровцы увидели партизанку, лежавшую около кустика. Надя нашла в себе силы поставить на боевой взвод последнюю гранату и бросить ее под ноги солдат. Пять карателей свалились на землю замертво. Рассвирепевший от ярости гитлеровский офицер подскочил к девушке и разрядил в нее свой парабеллум… Через пять дней партизаны снова захватили остров. К своей великой радости, они увидели Надю; после невероятных мучений она была еще живой! Партизаны пустили на бинты нательные рубашки и перевязали раненую девушку. На ее теле было 18 осколочных и пулевых ран. Надя находилась в тяжелейшем состоянии. Но мужество ее не покидало, она терпеливо переносила боль.
Терпение… Мне приходилось слышать много разговоров о том, что терпение, мол, дано русскому человеку от природы. Не знаю, может быть, это и так. У меня же на сей счет другое мнение. Терпение — качество бойца. Переносить невзгоды и лишения, физическую боль от тяжелых ран нас научила Коммунистическая партия. Это качество воспринято советскими людьми от родного Ильича, который перенес неимоверные муки царских тюрем и ссылок, показав всем нам великий образец терпения и выдержки в борьбе за победу социалистической революции.
Вспоминаются рассказы командира партизанской бригады имени Кирова Алексея Ивановича Шубы, по специальности врача-хирурга. После боя он нередко занимал место в партизанском госпитале у операционного стола, делая сложные операции, возвращая бойцов в строй. Нет нужды говорить о том, что условия для операции были малоподходящие: не хватало инструментов и медикаментов, почти не было обезболивающих средств. Алексей Иванович говорил, что партизаны мужественно переносили боль, заявляя командиру-хирургу:
— Режьте смелее. Боль нам не страшна, лишь бы поскорее поправиться.
Такой была и Надя Кочерга. Ей придавало силы страстное желание вернуться в строй. В борьбе за жизнь девушка одержала победу.
Ко мне подошел комбриг Лопатин.
— Тяжело, — заявил он. — Но наши держатся стойко. Особенно хорошо действует молодежь. Настоящие орлы!
Петр Григорьевич рассказал о помощнике комиссара бригады по комсомолу Токтагали (Анатолии) Жангельдине, который не раз поднимал партизан в атаку; Анатолии Шимановиче, прославленном подрывнике бригады, спустившем под откос 14 вражеских эшелонов; Сергее Тетеркине, который дни и ночи проводил под носом у гитлеровцев, предупреждая товарищей о попытках противника зайти в наши тылы; Михаиле Лысове, который, будучи раненным, поднял партизан в контратаку…
— Разведчики донесли мне, — сказал в заключение П. Г. Лопатин, — что каратели готовятся к решительному штурму. Нельзя ли попросить помощи у фронта? Может, авиацию пришлют…
Я сказал Петру Григорьевичу, что не раз просил об этом БШПД, однако почему-то до сих пор такая помощь не была оказана. Попробую еще раз попросить. И тут же приказал радисту передать радиограмму в ЦК КП(б)Б и БШПД с просьбой подвергнуть бомбежке войска карателей в районе озера Палик.
В ту же ночь прилетели наши бомбардировщики. Повесив в небе мощные осветительные ракеты, они сделали несколько заходов на позиции противника. В ряде мест авиация нанесла серьезный ущерб врагу.