Первая мысль была: «Вот черт!» Неужели это так очевидно, что все обратили внимание? Флинн быстро подавил в себе эту мысль. Ведь он вел себя как обычно. Может, Брент просто напился и несет чушь. На всякий случай он решил не отвечать.
– Вы двое не можете нормально друг без друга жить. Мне кажется, в этом есть смысл.
Флинн задержал дыхание.
Он прекрасно обходился без Габби. Как и она без него.
– Неужели ты этого не видишь? – Брент развалился на сиденье. – Не замечал, что, когда мы в компании, на нее ты смотришь больше, чем на всех остальных? Она передает тебе жестами каждое слово, которое говорят другие, чтобы ты ничего не упустил из разговоров.
Габби уже много лет так делала, зная, как иногда трудно Флинну читать по губам. И чем многочисленнее была компания, тем больше возникало сложностей. Он к этому привык и научился все время смотреть на нее. Флинн провел рукой по лицу. Это стало для него совершенной обыденностью.
– Знаешь, она иногда так делает, даже когда тебя рядом нет. Передает слова жестами в разговоре с кем-нибудь.
Разумеется, он этого не знал. Да и откуда?
На душе стало тяжело. Возможно, от чувства вины. Какими-то неравноценными были их отношения. Флинн невольно задался вопросом, а что получала от их дружбы Габби?
– Думаю, это одна из причин, почему мужчины не обращают на нее внимания. Давай посмотрим правде в глаза. Она хорошенькая. Но все, кто ее знает, постоянно видят с ней тебя. Как будто она уже занята.
Так вот в чем дело? Получается, это он отпугивает парней, не позволяя им сделать первый шаг? В животе словно разрасталась дыра, постепенно расширяясь, пока не заполнила всю грудную клетку.
Кровь отлила от лица Флинна.
– Так вы вдвоем никогда… ни разу?
Флинн внимательно изучал лицо Брента, пытаясь не поддаться мучившему его чувству вины, но все старания оказались безрезультатными. А Брент, как терьер, цепко ухватился за свою догадку. Нужно было сбить его с этой мысли.
– Ох, сладкий. Если бы твоя дверь открывалась в мою сторону, я бы только с радостью. – Брент щелкнул пальцами и качнулся, словно под воображаемую музыку. – Наверное, у вас с Габби нет друг к другу сексуального влечения? Поэтому вы ни разу не перепихнулись. Ясно.
Флинн поднял руку, но вдруг понял, что ему нечего ответить. Дело было не в отсутствии влечения. По крайней мере, с его стороны. Но почему, черт возьми, он вообще обсуждает это с Брентом?
– Не переживай. – Брент похлопал Флинна по груди. – У меня есть идея.
В висках застучало от неожиданно охватившего чувства тревоги.
– Как устроить личную жизнь Габби. Но раз тебя это не интересует, я сам все организую. У меня к этому большой талант. – Он округлил глаза, словно подчеркивая всю серьезность своих намерений.
Черт возьми! Не успел Флинн проглотить комок в горле, как Брент уже выскочил из машины.
Флинн снова выехал на дорогу и направился домой. Но только мотор он заглушил не перед своим домом, а перед домом Кейда. И даже не мог вспомнить, как там очутился.
Ели и вечнозеленые секвойи окружали двор со всех сторон и отбрасывали густую тень на дом. Их ветви почти не пропускали лунный свет. Стояла ранняя весна, снег уже растаял, но на деревьях только начали набухать почки, а из-под земли пробивались первые ростки. Флинн опустил окно и вдохнул полной грудью терпкий запах хвои, но это не помогло привести в порядок мысли.
Он так и не смог разобраться в событиях последних двадцати четырех часов, поэтому просто вышел из машины и постучал в дверь. В окнах горел свет, и он увидел Кейда до того, как тот появился на пороге. Они с братьями часто подшучивали друг над другом, ругались, но он всегда мог обратиться к ним с любой проблемой.
Не то чтобы у него была серьезная проблема. Ничего подобного. Просто решил заехать в гости – он посмотрел на часы, – была уже полночь, и прошло всего полчаса с тех пор, как они расстались в баре.
Но у Флинна все было хорошо. Он совсем не переживал. Его сердце не колотилось о ребра в панике, он не вцепился в дверной косяк с такой силой, что тот едва не треснул, и уж точно не испытывал никаких опасений, что через пару секунд его может вывернуть наизнанку.
Дверь распахнулась, и Кейд заслонил собой дверной проем.
– Что…
Кейд вздохнул.
– С мамой все хорошо?
Кейд выдохнул и замер, изучая его лицо. Затем медленно кивнул и указал на кресло-качалку на крыльце. Флинн уселся в него.
– Что-то случилось?
Флинн потер глаза и вздохнул.
Ну вот. И пусть все боги дружбы и здравого смысла покарают его за это смертью.