– Что такое? – Габби перестала гладить Флетча (к большому неудовольствию пса) и уставилась на Флинна своими голубыми глазами. Этот взгляд всякий раз завораживал его. По цвету – нечто среднее между васильковым и сапфировым, а когда она так на него смотрела, Флинн готов был рассказать ей все, что на душе.
Он вздохнул.
Габби нахмурила лоб.
– Да. – Она внимательно посмотрела на него. – Мы ведь с тобой раз сто танцевали. На выпускном, на всяких городских праздниках.
Он уставился на нее с тоской в глазах, пока она не поняла свою ошибку. Много времени на это не потребовалось.
Габби медленно кивнула.
– Но нам еще не приходилось танцевать медленный танец, и чтобы все на нас смотрели.
Да. Одно дело наблюдать за окружающими людьми и подражать их жестам и движениям, и совсем другое – пытаться воспроизвести сложный танец под музыку, которую он не слышал.
Габби вытащила телефон и быстро что-то написала, отправила сообщение и уставилась на экран, ожидая ответа.
– Бренту. Он знает, какую песню Эйвери выбрала для танца.
Брент был фельдшером Кейда в клинике и помогал Эйвери с организацией свадьбы. Но какая разница, что это за песня?
Пальцы Габби быстро мелькали над экраном телефона, пока она набирала ответ. Затем она открыла Ютьюб и подвинулась поближе, принеся с собой легкий медовый аромат.
– Мы будем танцевать под
Если он будет знать текст, то сможет уловить и настроение музыки. Флинн посмотрел на Габби и, наверное, уже в миллионный раз подумал: что бы он без нее делал. Ему не хотелось совершить какую-нибудь глупость, например, поцеловать ее в знак благодарности, поэтому он сосредоточил внимание на экране телефона.
Читая строчки песни, Флинн не мог отделаться от мысли, что они точно выражали его чувства к Габби. Разумеется, с дружеской стороны. Он не собирался пересекать черту в отношениях с ней. Своей спокойной, размеренной и наполненной хоть каким-то смыслом жизнью он был обязан их крепкой дружбе. И если что-то окажется у этой дружбы на пути, его мир рухнет, в этом он не сомневался.
Когда клип закончился, она отложила телефон и встала. Одолженные ею спортивные штаны Флинна свисали с ее бедер, рискуя в любой момент упасть. Старая футболка скрывала гибкую фигуру. Она протянула ему руку.
– Давай потренируемся, вот что. – Она взяла его за запястье и рывком заставила подняться. Точнее, он позволил ей стащить себя с дивана.
Флинн был на фут[1] выше и на девяносто фунтов[2] тяжелее ее. Оглядевшись по сторонам, Габби поджала губы, как будто пыталась найти наиболее подходящее для «тренировки» место.
После окончания ветеринарного колледжа Флинн с братьями построили себе по дому на принадлежащем их семье обширном лесном участке на окраине города. Дом Флинна смотрелся достаточно скромно в сравнении с домами братьев – одноэтажное ранчо с тремя спальнями и кухней вполовину меньше кухни Кейда. В самом большом доме жил Дрейк – они с Хизер мечтали иметь много детей, но несколько лет назад она умерла от рака. Вкусы у братьев в плане дизайна были очень разные, но обстановка всех трех домов отличалась простотой и явным мужским началом: огромные каменные камины, деревянные полы, березовые балки на потолке, окна во всю стену и ничего лишнего.
Габби взяла телефон и отвела Флинна на свободное пространство между гостиной и кухней, где они не могли случайно споткнуться о ковер. Деревянные доски под ногами были холодными, хотя в город наконец-то пришло весеннее тепло.
Она что-то поискала в телефоне, затем взяла его за руку.
– Чувствуешь вибрацию?
Совсем слабо. Басы из динамика он ощущал намного лучше. Флинн покачал головой.
Она еще немного повозилась с настройками и посмотрела на него.
– А теперь?
Да, вибрации стали сильнее. Он почувствовал слабый пульсирующий ритм в руке и кивнул.
Габби сунула телефон в нагрудный карман его футболки, и басы застучали ему в грудь. Его правую руку она положила себе на талию, а левую взяла в свою. Он не ожидал, что они окажутся так близко, ее сладкий медовый аромат окутывал его. Он ощущал тепло ее тела, которое так и манило к себе.
Флинн замер, по шее пробежали мурашки. Он не думал, что Габби сможет его как-то смутить, но чувствовал себя ужасно неловко от того, что оказался так близко к ней, и…
Черт. Он постарался сосредоточиться на своем дыхании.
– Я поставлю песню на повтор. Не будем торопиться. – Она улыбнулась, подбадривая его, и в этот момент сердце перевернулось у него в груди.
Когда он не двинулся с места, Габби наклонила голову набок и сказала:
– Нам ничего особенно не нужно делать, просто покачиваться из стороны в сторону. Если хочешь выучить основные движения, начинай с левой ноги и следуй за мной.
Ему трудно было читать по ее губам, когда кровь с ревом неслась по венам, а перед глазами все расплывалось. Теперь он боялся, что не выдержит и просто убежит в холодном поту.
Боже, это же Габби!