— Я их отвлеку, а ты беги изо всех сил к склепу! — быстро проговорил архангел.
— А как же ты? — начала было Ливия.
— Сейчас не время спорить! — жёстко оборвал её он. — Насчёт «три» беги! Ты поняла?
— Да, да! Я поняла! Будь осторожней!
Габриель удовлетворённо кивнул и, приняв удобную для атаки позу, предупреждающе взглянул на неё.
— Раз, два…
Когда парень крикнул «три» и, изогнувшись, с воинственным кличем бросился очертя голову навстречу мерзким тварям, Оливия со сжимающимся в тревоге о нём сердцем бросилась бегом. Вот только один из демонов оказался до того проворным, что, проскользнув мимо летящих в него лучей, погнался за ней, зловещей тенью следуя по пятам и изрыгая раскалённую лаву. Одна из наиболее удачно метнувшихся в её сторону струй едва не попала в цель, тем самым чуть не закончив дни девушки на грешной земле. Однако Ливия вовремя заметила угрозу и проворно рванула за ближайшую из статуй. Именно она в тот миг спасла ведьме жизнь. Твёрдый мрамор под кипящей жидкостью растаял, как песок. Но адское создание не смирилось с промахом и швырнуло в улепётывающую девушку энергетический шар. Тот пролетел в дюйме от нее, обдав жаром и опалив локоны, а затем взорвался.
Ведьму в то же мгновение будто пушинку отшвырнуло куда-то в сторону и со всего маха впечатало в каменный покосившийся крест. Перед глазами поплыли круги, а воздух единым порывом вырвался из легких. Ливия в полубесчувственном состоянии сползла на землю, краешком сознания чувствуя, как в теле появляется странный озноб. Секундой спустя он сменился сковывающим конечности холодом. Лицо и затылок залила горячая влага, стекая струйками за шиворот и пропитывая одежду. Внутри раскрывалось жерло пустоты и тьмы, постепенно засасывающее её. Сил бороться у девушки не было. Уже практически полностью погрузившись в безнадёжную черноту и находясь на зыбкой грани в слабых попытках удержать ускользающее сознание, Оливия почувствовала, как её тормошат. А едва различимый и слабый голос Габриеля взывает к ней, пробиваясь сквозь густую пелену, окутывающую сознание.
— Ливия! Ливия! Не смей… ты слышишь?! Не смей уходить!
«Ну вот и ещё одно моё видение стало явью. Только, к сожалению, от этого не легче!» — усмехнулась мысленно девушка.
В следующий миг она унеслась в благословенное забвение, отгородившись от мирской суеты.
Ливия обеспокоенно глядела на бледное лицо Габриеля, цветом своим напоминавшее простыню, которой он был укрыт. При этом его длинные красивые ресницы особенно чётко выделялись на коже. Даже чувственные губы парня побледнели, приобретя синеватый оттенок. Девушка нежно провела кончиками пальцев по щеке архангела и поправила полотно, сбившееся на бок, тем самым обнажив его увечья. На боках можно было заметить жуткого вида шрамы и рубцы. За прошедшую после битвы неделю раны затянулись, а ожоги практически исчезли, оставив после себя пятна розового цвета. Но самые ужасные раны, которые исполосовали спину парня, ранее превратив её в сплошное кровавое месиво, а теперь зажив и став лишь белыми полосами, по-прежнему не сходили с кожи. Это она прекрасно видела, так как Охотник лежал на животе.
Девушка грустно улыбнулась. Когда-то она спрашивала Габриеля: «Где твои крылья?», не видя их на предполагаемом месте. Да и затем, после того, как убедилась в их наличии у архангела, приходила в недоумение, не понимая, куда они исчезают поле того, как он их складывает. Теперь же она нашла ответы на все свои вопросы. Сквозь шрамы на плечах и спине можно было рассмотреть чёткие контуры того, что очень напоминало земную татуировку. Только, надо сказать, «тату» была сделана просто мастерски. Каждое траурного цвета перо выглядело просто невероятно живо и отчётливо. Крылья всегда были с ним, да и как иначе, если он истинный архангел Света.
Однако, не глядя на это, исцеление всё равно проходило слишком медленно. Ранее за семь дней у него не должно было остаться ни единого намёка на раны. А теперь… Такое безрадостное положение вещей могло значить только одно: Сил у него для миссии на Земле осталось очень мало. К тому же, если учесть то, что в решающий момент Габриель их не жалел.
