Глава Инквизиции качнул головой и к ней мгновенно подскочили стражники и потащили к столбу. Сопротивляться смысла не было, как и желания. Она словно кукла в их руках, безвольная, не имеющая ни чувств, ни мыслей, беспрепятственно позволила снять с себя кандалы, а потом втащить на помост и крепко привязать к столбу. Прикосновение шершавого, сухого дерева к спине причиняло боль при малейшем неловком движении, поэтому она стояла неподвижно, отказываясь страдать в последние мгновения своей короткой жизни. Равнодушно глядя на толпу этого жалкого люда, с их радостью от того, что они сейчас насладятся сполна её болью.
Палач выжидательно взглянул в сторону трибун и, получив одобрение, бросил факел на охапки хвороста, которые мгновенно занялись и вспыхнули, превратившись в миг в ревущее пламя.
Она почувствовала то мгновение, когда огненные языки начали лизать её одежду и обнажённые ноги, поднимаясь выше, желая поглотить. Нос забил удушливый едкий дым, разрывающий лёгкие, не дающий дышать. Её лохмотья быстро занялись и загорелись, тело пронзила боль, а перед глазами потемнело, из горла вырвался пронзительный крик.
Оливия открыла глаза, резко подскочив на постели.
«Это сон… Всего лишь сон… Я уснула!» — пронеслось в её голове, вызвав вздох облегчения. Поправив локоны, упавшие ей на глаза, девушка взглянула на открытую книгу, лежавшую рядом, которую читала, пока мерзавец Морфей не утащил ее к себе в царство, подсунув весьма реалистичный сон. События, происходившие там, до сих пор стояли перед глазами, вызывая в сердце ужас.
Ливия опустила глаза и прочла на одной из страниц:
«Ирина Мойра Притенза. Ведьма. Сожжена публично 16 октября 1690 г. от Рождества Христова. Вину не признала, отошла в мир иной без отпущения грехов. Да помилует Господь её грешную душу.
Старший писарь Святейшей Инквизиции Арчибальд Пада»
«А ведь девушка действительно была не причём!» — Она могла сказать это с уверенностью, так как теперь, окончательно проснувшись, Оливия поняла, что каким-то образом пережила во сне реальные события! Не могли те события, чувства быть лишь порождением её фантазии от прочитанного, хотя это и сыграло немаловажную роль. Там Ливия стала Ириной, доброй, хорошей девушкой и одарённой целительницей, но не обладающей способностями ведьмы!
Сколько же невинных жизней было загублено в те поистине чёрные времена.
От грустных мыслей её оторвал заработавший интерком:
— Дорогая, к тебе Сидни пришла, спускайся! — сообщила мама.
«Наверное, Сид звонила, а я так крепко уснула, что ничего не слышала».
Оливия нащупала на кровати мобильный, а затем просмотрела списки вызовов. Так и есть! 5 пропущенных от подружки. Хорошо же она заснула, что всё остальное перестало существовать. Это и не удивительно, не каждый раз оказываешься в роли индейки, поджаривающейся на вертеле, на открытом воздухе, при многочисленных свидетелях.
Перед глазами вновь проплыли образы из кошмара. Ливия тряхнула головой, не позволяя себе окунуться в пережитый во сне ужас и, соскочив с постели, направилась к ожидавшей её Сидни.
Снизу слышались голоса: спокойные принадлежали маме и бабушке, взволнованно-восторженный — Сидни. Не иначе, как она устроила им допрос, по-видимому, обнаружив зелье.
Спустившись, девушка застала всех в передней. Как она и предполагала, Сид засыпала родительниц вопросами, а те ей подробно объясняли, стараясь сократить объяснения до приемлемых размеров, чтобы та всё поняла. Предмет разговора был аккуратно упакован и ожидал часа, когда Сандра и Милинда Уоррен им воспользуются для спасения сада миссис Рик. Первой Оливию заметила бабушка.
— Ливия, мы сейчас уходим, нас ждёт Аманда Рик. Остаёшься за хозяйку и не забудь напоить Сидни чаем, пирожные к нему на кухне в буфете.
С этими словами, подхватив бутыль с зельем, обе женщины ушли, плотно захлопнув за собой дверь.
— Я тебе завидую, Лив, чёрной завистью! Твои бабка с матерью просто чудо, с ними так интересно и уж точно никогда не соскучишься. А вот мои предки только и умеют, что причитать и пилить. — Сидни огорчённо вздохнула, серьёзно поглядев на с трудом прячущую улыбку подругу.
— Сид, прекрати! У тебя замечательные родители, грех жаловаться! О таких можно только мечтать и уж они-то точно, тебя не пилят, просто выражают свою озабоченность и любовь. Да ещё стараются ни в чём тебя не ограничивать, уж я-то знаю. Кстати, пока тебя ждала, такой сон видела!
— Ясно, чем ты занималась, что до тебя было не дозвониться! Ты книгу-то дочитала?
— Так я её и читала, пока не отрубилась.
По дороге в комнату Оливия подробно рассказала подруге о событиях из своего сна
— Ничего себе… — Сидни поглядела на неё расширенными от удивления глазами, всё ещё находясь под впечатлением от услышанного. — Ты думаешь, так всё и было?
Оливия задумалась. Она была практически уверена, что так оно и есть! Тогда это значит… — Хлопок двери, закрывшейся у них за спиной, вывел ее из задумчивости, как и голос Сидни, звучавший очень недовольно.
