— Оливия… может, хватит этих игр? Я чувствую тебя… Слышу твоё дыхание. Стук сердца. Оно трепещет, как мотылёк, запутавшийся в паутину. — Произнёс незнакомец бархатным голосом, нежно ласкающим слух, заставляющим безоглядно подчиниться, с лёгкой хрипотцой, которая добавляла этому «дьявольскому» голосу ещё больше притягательности. В то же время гость пристально вглядывался в густую тьму между стеллажей, пытаясь разглядеть прятавшуюся за ними девушку, которая отчаянно пыталась утихомирить свой бешено бьющийся пульс. Ливия была не из пугливых, но найти у себя в доме, в час, не предназначенный для приёмов, визитёра, было не из приятных. Она могла с лёгкостью проучить наглеца, но вот только что-то внутри её существа завопило во весь голос и приказало спрятаться, лишь только она увидела его. И вот итог: теперь Оливия стоит тут, трепеща, как лист на ветру, а этот умник развалился на её любимом кресле, нагло закинув ноги в грязных ботинках на прекрасный стол 19 века из морёного дуба, и ещё пытается ее запугивать. Девушка приникла к щёлке между книгами, старясь не шуметь, и пыталась рассмотреть визитёра, чувствуя при этом, как в ней начинает подниматься раздражение, смешиваясь со страхом и превращаясь в гремучую смесь, толкающую на необдуманные поступки.
Он сидел в кресле у окна, куда не доходил скудный свет от настольной лампы, а его чёрное одеяние хорошо маскировало фигуру. Густой полумрак надёжно скрывал таинственного незнакомца от любопытных глаз девушки. Правда, то, что он довольно широкоплеч, она всё же смогла определить. Да и высок, по-видимому. Черты лица было не рассмотреть, что вызывало буйство фантазии и вопрос: «Отчего он прячет лицо?»
— Ливия! Это начинает мне надоедать! Ты рассматриваешь меня битых 10 минут, а вот от моих глаз прячешься! Иди ко мне!
Девушка отметила, что и он начал раздражаться. Терпением не отличался, как и большинство мужчин, которым подавай всё и сразу. «Влез ко мне в дом, запугивает, заставил прятаться, пачкает мой стол, да ещё и командует! Это никуда не годиться. Он мне надоел!» Оливия ухмыльнулась, ощущая, как страх разжал свои стальные объятия, на смену ему пришла уверенность в себе и своих силах, как и желание наказать. Слегка вытянув из-за стеллажа руку, она направила ладонь в сторону нахала и тихо вздохнув, отпустила всю свою колдовскую силу на волю, позволив ей разрушать и уничтожать всё на своём пути. Ливия знала, что такая порция способна разорвать кого угодно, не то, что нанести небольшие увечья. Она прочувствовала её всем своим существом, заставив на секунду испугаться за своё жилище. Как оказалось, напрасно. Для неё было подобно грому среди ясного неба осознание того факта, что спустя довольно продолжительное время после использования силы, которой хватило бы, чтобы разрушить полгорода, не то, что проучить ночного наглеца, ничего не произошло… Абсолютно ничего! Взглянув в щёлку, Ливия поняла, что худшие опасения сбылись: незнакомец всё так же сидел, всё в той же позе, что и за миг до этого — вальяжно развалившись на кресле, вытянув ноги и, казалось, насмехался над её жалкими потугами. Оливия готова была поклясться, что на его губах, если бы не тьма, окутавшая его, можно было бы увидеть ухмылку. А её силу, словно нейтрализовали, и никакого вреда незнакомцу от нее не было.
— Зря… это на меня не действует. Только раздражает! И если ты закончила со своими шалостями, может, поговорим, наконец? — визитёр умолк, по-видимому, дав шанс Оливии вступить в переговоры, но, не дождавшись, продолжил с нотками усталости. — Нет??? Что ж… ты меня вынудила!
Оливия в это время, схватившись за голову и прикрыв глаза, пыталась осмыслить, как от её дара с лёгкостью отмахнулись, словно он был всего-навсего небольшой помехой, раздражающей мухой. Но, услышав последние слова, она насторожилась и взглянула в щёлку, решив посмотреть, что собрался делать незнакомец, а в подсознании возник вопрос: «Что он имел в виду?» Ответ пришел спустя секунду, в виде стальных объятий буквально пригвоздивших её к твёрдому и пышущему жаром, который она ощущала даже через одежду, сильному телу незнакомца. Подтвердил, что это не сон, чарующий голос раздавшийся чересчур близко.
— Попалась… — удовлетворённо произнёс он и умолк.
