Взгляд у Иса был ясным, собранным, что совершенно не свойственно минуту назад проснувшемуся человеку. В голову закралась страшная мысль, что мужчина на самом деле проснулся гораздо раньше меня. И специально отодвинулся, выжидая, пока я успокоюсь.
— Риш, у тебя отвратительная привычка видеть мир исключительно в черном свете. Что мешает сказать, что спалось на удивление замечательно, сны снились волшебные и яркие, и вообще, сегодня чудесное утро, — поддразнил меня князь.
— Тот факт, что я отлежала бок и вообще предпочитаю сон в закрытом помещении, чтобы можно было не бояться внезапно хлынувшего дождя. — Подозрение все больше перерастало в уверенность.
— Что ж, тогда придется потерпеть еще одну ночь, — сочувственно заметил князь. — Я хочу вернуться во дворец на рассвете, чтобы меня увидело как можно меньше людей. Слуги непременно начнут сплетничать, и к вечеру по двору будут ходить самые разнообразные слухи. Как раз то, что нам требуется.
Теперь я почувствовала себя окончательно сбитой с толку. Контраст между беззлобным подшучиванием и деловым разговором показался настолько резким, что происходящее совершенно не укладывалось в голове.
Не дожидаясь моего ответа, Ис занялся завтраком. Наблюдая, как он режет хлеб и сооружает бутерброды, я в какой-то момент усомнилась, что ночное приключение произошло на самом деле. Вдруг это мне такой реалистичный кошмар приснился? Мало ли как могло сказаться на психике купание в Зеркальном озере…
— Риш, ты что, спишь с открытыми глазами? Полезное умение, на заседаниях оно тебе пригодится, но сейчас нет нужды практиковаться, — засмеялся князь.
— Я же просила меня так не называть. — Домашнее имя расслабляло, вызывало в памяти детство, забытые картины семейного уюта, что в данный момент было совершенно недопустимым. — А контроль над ситуацией я никогда не теряю. Наоборот, легкий сон бодрит. Если несколько часов напряженно выжидать, когда именно гарпия вернется в гнездо, нервы просто сдадут.
— Просила не называть. Но я ведь не говорил, что послушаюсь, — лукаво усмехнулся Ис.
Я сердито засопела. Складывалось ощущение, что князь нарочно издевается, выводит меня из себя и с любопытством следит, на какой ответный ход я решусь. Вот только мужчина просчитался. Сейчас у меня не было настроения соревноваться в остроумии, и я перевела взгляд на копошащихся в траве жуков.
— Держи. — Протянув мне бутерброд, Ис едва заметно поморщился.
— Сильно болит? — спохватившись, что за все время не осмотрела рану, забеспокоилась я. — У меня есть пара полезных настоек, давай обработаю.
— Я же говорил, царапина. И беспокоит совсем немного. Как раз достаточно для того, чтобы лучше удалось вжиться в образ смертельно раненного. — Князь демонстративно закатил глаза и хрипло застонал.
— Эдак слуги кинутся искать не целителей, а команду магов. Выглядишь точь-в-точь как упырь на кладбище, — фыркнула я.
— Пригласят и тех и других. Тебе придется приложить немало усилий, чтобы не пустить всех желающих в мои покои. В прошлом каждый второй считал своим долгом справиться о моем здоровье и предложить помощь, — сосредоточенно заметил Ис. — Оглушающие заклинания будут как раз к месту.
— Скажу, что ты старательно готовишься к скорой встрече с богами и все мирское тебя отвлекает, — фыркнула я. — Кого это не остановит, добавлю, что стрела была отравлена и сам воздух пропитан ядом. А на тех, кто рискнет проверить, испробую новое заклинание.
— Зевак мы разгоним, но что делать с лекарями? На месте моего конкурента я бы предложил воспользоваться услугами собственного целителя, чтобы получить точную информацию. — Лоб князя пересекла морщинка. — Можно обойтись и без этого, но мы ведь хотим сыграть сцену, максимально приближенную к реальности.
— Пожалуй, здесь я тоже разберусь. Есть у меня одна знакомая целительница, задолжавшая мне услугу. Болтать она не станет. — Я вспомнила девушку, которую сначала приняла за нищенку, а после опознала как коллегу. — Кажется, ее зовут Вэйли. Именно благодаря ей я и нашла твое объявление.
— Как же ты ее разыщешь, если даже не помнишь имени. — Ис скептически взглянул на меня.
— Зато я отлично запомнила ее ауру. — Запихнув в рот остатки бутерброда, поднялась на ноги. — Отправлю записку с помощью магии.
Откопав в сумке огрызок бумаги, набросала коротенькое сообщение, после чего встала и повернулась лицом к солнцу. Формально магия от светила совершенно не зависела, с одинаковым результатом колдовать можно было бы и в темноте. Но моей излюбленной стихией являлся огонь, и, глядя на солнце, я словно впитывала ослепительные лучи.
Сначала самое сложное — настроиться на Вэйли, то бишь сформулировать будущее заклинание и представить его структуру. Затем крепко сжать письмо в руке и скороговоркой произнести нужные слова, заполняя сотканный узор силой.
Записка окуталась голубоватым светом и послушно исчезла. Теперь оставалось только надеяться, что она дошла до адресата.
— Все. — Повернувшись, я захихикала от представшей глазам картины.
