В замке, наконец, воцарился мир. У Ламии не только улучшилось самочувствие, но и поднялось настроение. А причиной тому стали все чаще приходящие письма из Шерана. Никандр стал писать не только часто, но и более эмоционально. Видимо, злился, что жена ему не отвечает. Королева же Салии невозмутимо читала короткие строчки от немногословного мужа, рвала или сжигала письма и облегченно вздыхала, поглаживая живот.
Никандр даже пошёл на хитрость и прислал в Салию официальное письмо, как только что вступивший на трон король. Он писал о том, что надеется на дальнейшее продуктивное сотрудничество Салии и Шерана и обещал в ближайшее время открыть торговые пути, которые перекрыл Сникс. На это письмо Ламии пришлось ответить. Поняв, как надо, Никандр отправил ещё несколько подобных посланий. И на них Ламия с хитрой улыбкой тоже ответила. Однако ни о своём здоровье, ни о самочувствии, ни тем более о ребёнке не упомянула, думая, что злит его этим и не зная, что в замке у короля есть свой личный шпион в лице Ревен, которая докладывает ему обо всём, что происходит с Госпожой.
Словом, ничего не предвещало беды, но через месяц из Шерана пришли вести, что в Салию выехали стражницы замка Нарин.
— Ламия, Дарана вернулась, — обеспокоенно доложила Рамилия, заходя без стука в кабинет Госпожи, которая вместо того, чтобы читать отчеты и изучать корреспонденцию, подперла щеку рукой и дремала. В последнее время её постоянно клонило в сон, зато ночью, когда согласно своему новому распорядку дня, ей полагалось спать, сна не было ни в одном глазу, потому что ребёнок пинался и вертелся. Пусть ещё и не очень активно, но учитывая то, что мать затаив дыхание от ужаса прислушивалась к каждому толчку, её спокойствию это не способствовало.
Ламия встрепенулась, прикрыла рот ладонью, зевая, и кивнула.
— Пусть заходит.
— Да нет, они ещё только к воротам подъезжают, — отмахнулась Рамилия, а поймав непонимающий взгляд Ламии, тут же поспешила пояснить. — Тебе надо это видеть своими глазами.
— Что такое? — потягиваясь, спросила королева.
— Пойдём, посмотришь сама, — позвала её Рамилия, открывая дверь.
Королева, заинтригованная словами управляющей, выбралась из-за стола, заботливо прикрывая живот рукой, и вышла в коридор. Рамилия повела её наверх из подземелий, а затем к парадному входу замка.
— Знаешь, я думаю, дочка, как и я, не любит ночной образ жизни. Может, нам с ней вместе спать днём?
— Не говори ерунды, — попросила Рамилия. — Ты всё время хочешь спать. День или ночь не имеет значения.
— Может, если я буду спать днём, то нормально буду себя чувствовать ночью?
— Скорее ты будешь спать и днём, и ночью, — не согласилась управляющая, распахивая тяжелые двери. — Выходи. Сейчас быстро проснешься.
Ламия удивлённо подняла брови и вышла во двор, однако ничего странного не заметила, застывая на крыльце и оглядываясь. Рамилия на её молчаливый вопрос одним взглядом попросила терпения. Всё ещё не понимая в чём дело, Ламия сложила скрещенные руки на животе и принялась ждать.
Много времени не потребовалось, чтобы понять, о чём говорит управляющая. Вскоре на оборонной стене замка началось оживление, а затем ворота открыли перед вновь прибывшими.
Отряд, как и полагается, возглавляла Дарана, которая, кажется, удивилась, увидев, что её встречает сама королева. Ламия ей дружелюбно улыбнулась, однако затем её улыбка медленно угасла.
— Это что? — не поняла она, сводя брови на переносице и рассматривая длинную вереницу телег, которую завозят на территорию замка, и которую подозрительно обнюхивают волки.
— Видимо, подарки, — неодобрительно хмыкнув, предположила Рамилия и под грозным взглядом Госпожи тут же замолчала.
Ламия медленно, аккуратно спустилась со ступеней и направилась навстречу Даране.
— Прошу, скажи, что вы обокрали Шеран, — вместо приветствия прокричала Ламия стражнице. Та удивилась и поспешно спешилась.
— Да нет. Это подарки от короля тебе, — пояснила она.
— Какие ещё подарки? — чуть ли не прорычала Ламия. — Почему ты их приняла, не спросив у меня разрешения?
Дарана непонимающе хлопала глазами, переводя взгляд от разгневанной Госпожи на Рамилию, потом на выпирающий живот Ламии и снова по кругу.
— Я не подумала, что в этом будет что-то такое… Никандр всего лишь хотел отблагодарить тебя за помощь.
— Ах, Никандр, — повторила Ламия, с затаенной угрозой в голосе. — Спелись за моей спиной?
— О чём ты? — испугалась Дарана подобному обвинению. — Ламия, это всего лишь подарки. Несколько тюков ткани, посуда, платья, какие-то побрякушки. Он же твой муж. Почему он не может сделать тебе подарок?
— Потому что он теперь не только мой муж, но и правитель чужого государства. Надо быть осторожными, принимая «подарки», — пояснила Ламия свою злость, а затем кивнула и вновь прибывшим с Дараной стражницам, и охране замка, которые обступили их со всех сторон. — Открывайте. Что привезли? — скомандовала она.
