Затем Крэндоны отправились в Общество психических исследований – организацию, когда-то среди прочих аферистов разоблачившую и Эвсапию Палладино, мошенницу, которой удалось обвести вокруг пальца ученых в Италии и Франции. Совсем недавно Эрик Дингуолл и его команда молодых дознавателей Общества разрушили чары Евы К., королевы эктоплазмы: в присутствии Гудини единственной жидкостью в ее рту оставалась слюна. Именно Дингуолл, любитель фокусов и куратор коллекции средневековой эротики, теперь исследовал способности Мины во время ее первого сеанса в Обществе психических исследований. Среди участников сеанса был и виконт Эверард Филдинг – уважаемый ученый и любитель магии. Как потом выяснил Малкольм Берд, исследователи использовали столик «с подвохом» – в столик для спиритических сеансов встроили ящик, который мгновенно бы упал на пол, если бы к столу притронулись. Тем не менее за время сеанса миссис Крэндон заставила столик взлететь и повиснуть в воздухе шесть раз. По просьбе Дингуолла она даже залевитировала его дважды при ярком белом свете. Никто из участников раньше не видел ничего подобного: вопреки привычной традиции, медиум продолжала левитировать стол, даже когда в комнате включили верхний свет. Тем вечером Мина вернулась к Маккензи еще на один сеанс в институте, и Уолтер пустил в пляс пятикилограммовый столик, а еще поднял его при включенном белом свете. Из фонографа доносился джаз. Маккензи и его супруга утверждали, что способности Мины к левитации предметов беспрецедентны. Как они, так и Дингуолл, были рады приезду бостонского медиума.
Весть о ее триумфе произвела впечатление и на ученого, который изначально вдохновил доктора Крэндона на эксперименты. Вскоре сэр Оливер Лодж стал говорить коллегам, отправлявшимся в США, что в Америке непременно нужно увидеть Ниагарский водопад и миссис Крэндон. По слухам, она была наделена редким магнетизмом. Двенадцатого декабря Мина проводила сеанс в Парапсихологическом центре им. Уильяма Томаса Стеда. На сеансе присутствовала Ада Дин – астральный фотограф, запечатлевшая чудо у мемориала Кенотаф. На каждом снимке были видны эктоплазматические сущности, окружающие медиума. В одном из призраков Мина узнала брата – светлые курчавые волосы, изогнутые губы, шрам над левой бровью, куда его когда-то лягнула лошадь. «Да, это был Уолтер», – впоследствии подтвердила мать Мины в Бостоне. Все это обнадежило сэра Артура, организовавшего большинство демонстрационных сеансов миссис Крэндон в Европе. Знаменитый автор детективов поддерживал Мину, наставлял ее и следил за развитием ее способностей, пусть и издалека.
Все дороги мира спиритуализма – как в случае с Гудини, Бердом, а теперь и Крэндонами – вели к сэру Артуру. В его номере в «Гросвеноре» Мина провела последний сеанс в Англии. Она сидела в кабинке медиума, закрытая плотными занавесями с трех сторон, будто священник, готовый принять исповедь трех человек, собравшихся в комнате. Руки и ноги Мина вытянула за пределы кабинки, опустив ладони на квадратный столик для сеансов, а ступни положив на колени сэру Артуру, чтобы он контролировал ее движения. Медиум сразу погрузилась в транс. Музыки не было, но шум расположенной неподалеку станции метро напоминал об Уолтере, всю жизнь проработавшем на железной дороге. Тем вечером он появился быстро и зрелищно. Он поднял стол на рекордную высоту, и, когда доктор Крэндон включил свет, никто не смог определить, что удерживало стол в воздухе. Когда в комнате вновь воцарился полумрак, призрак свистнул над ухом у сэра Артура, за спиной леди Дойл и у двери, будто собирался выйти из комнаты. Но он не ушел. Внезапно кабинка Мины задрожала и одна из занавесей упала ей на голову. Хоть Уолтер не упустил возможности вогнать викторианскую пару в краску своими шуточками, он оставил у ног Джин цветок – знак своего восхищения этой леди.
