– Зачем? – Лицо некроманта вмиг вытянулось.
– Спасать вашу дочь.
– Что с ней? – вскочил он на ноги.
– По дороге объясню. Мне нужна ваша помощь как травника.
И я ему все объяснил. Крус прикрыл глаза и сказал то, что заставило меня почувствовать себя куском дерьма.
– Знаете, как я оказался за решеткой?
– Вас взяли за изготовление и распространение костянки.
– Технически да, но сесть я должен был не один, а со своей супругой. Ведь я был изготовителем, тогда как распространителем была Саламанта. Мы с ней вместе организовали этот постыдный бизнес. Однако я взял на себя всю вину.
– Неожиданно. Отчего же она вас так ненавидит? Из-за того, что не взяли ее с собой в столь длительное путешествие?
– Вы просто ошибочно приняли ее стыд за ненависть. Такая уж она женщина… С особенностями характера. А вы бросили мою дочь на амбразуру. Молодую и совсем неопытную. В вас есть морок, господин Григер, вы могли бы с помощью темной силы забрать у Эльвет ее дар, чем бы обезопасили ее. Но нет, вы этого не сделали. И если с ней что-нибудь случится, уверяю, я буду самым страшным вашим кошмаром до конца ваших дней.
– Я так понимаю, все сказанное должно остаться только между нами? – подал голос Корсак.
– Да, господин, – кивнул Крус, – именно так.
Если с Элли случится беда, я сам для себя стану кошмаром.
Оказавшись в участке, мы сразу же направились в лабораторию.
– И чем я могу вам помочь? – уставился на меня Крус с искренним презрением.
– Лофтас Лунич работал здесь в должности участкового токсиколога. А помимо этого занимался селекцией. Он пытался вывести гибрид растения с новым типом яда. Возможно, изучив его оранжерею, вы смогли бы понять, где его можно найти.
– Так он вывел свой гибрид?
– Вывел. И когда сбежал, прихватил его с собой.
– Ладно, – Вереск снял с себя пиджак, засучил рукава, – прошу оставить меня одного.
Пока некромант осматривал цветник фея, я заперся в кабинете Зельды. У нее внушительный инструментарий для проведения различного рода ритуалов. Пусть моя связь с Элли и разорвана, но хотя бы попытаться я должен.
Пентаграмму начертить удалось без труда, как и воззвать к духу Мораны. Тьма окутала меня своим саваном так плотно, что в какой-то момент стало трудно дышать, а холод тонкими иглами вонзился в тело, лишив возможности двигаться. Еще спустя мгновение я ощутил ее…
– Мой слуга пришел за помощью – пронеслось эхом по черной пустоте. – Но стану ли я ему помогать…
– Прошу… покажи мне Эльвет, – произнес про себя, так как и рта открыть не смог.
– Ты проявил неуважение, варлок, ты отдал предпочтение мирским благам… – Морана летала рядом, касалась меня, обжигая кожу ледяным дыханием. – Ты не заслужил моей помощи.
– Я готов исправиться.
– Не лги мне, варлок, не лги себе… мир живых забрал тебя у меня. И силы моей ты более не достоин. Убирайся прочь…
Когда тьма расступилась, я обнаружил себя все там же – в центре пентаграммы, которая пульсировала символами, а те в свою очередь вытягивали из меня морок. Все закончилось быстро. Символы погасли, свечи потухли, я же остался без силы, способной помочь мне найти жену.
Вдруг за спиной раздался голос Зельды.
– Ты спас себе жизнь, Тайер, и я даже не стану обвинять тебя в несанкционированном доступе, – хмыкнула старая ведьма.
– Очень благородно с твоей стороны.
– Я искренне тебе сочувствую, но не нужно вешать нос. Ты ведь хороший профессионал. Справишься и без морока.
– Все упирается во время, Зельда, которого нет.
– Так не трать драгоценные минуты! Иди, делай свою работу.
И я вернулся в лабораторию, где меня дожидался Крус.
– Что-нибудь удалось узнать? – подошел к нему.
– Кое-что. Некоторые растения вашего фея могут существовать только в закрытой экосистеме, например, в колбах, – указал на несколько стеклянных шаров с цветами внутри, – либо на болотах с залежами кленария. Там формируется особый газ на поверхности, необходимый для полноценного существования растений. И судя по тому, что фей имеет внушительную коллекцию таковых, он наверняка разводит их и вне этих стен. Из чего следует, что, возможно, у него есть личная лаборатория неподалеку от кленарных болот.
– Для чего могут быть нужны эти растения?
– Как корм и лекарство в одном флаконе. Выжимка из листьев болотных лучников служит прекрасным антистрессором для хищных растений на стадии их роста и адаптации. Правда, хищных я тут не обнаружил. Может, его гибрид был хищником?
– С виду нет. Но как знать, что за химеру он тут вырастил.
– Могу сказать одно: истинный селекционер будет всегда там, где его подопечные. Остальное за тобой, Григер. Верни мою дочь. В противном случае я вернусь в «Тихий Док», но уже совершенно по другой статье.
Я долго не могла понять, где нахожусь. Всему виной жуткая головная боль, из-за которой даже глаз открыть не получалось. А когда все-таки открыла, обнаружила себя лежащей на холодном земляном полу в окружении едва ли не джунглей. Густая зелень нависала сверху, однако над ней вместо неба чернел потолок из старых досок.
– Пришли в себя? – послышалось откуда-то из недр этой чащи.
