Ушли, а меня забыли. Вот так всегда. Не успела я возмутиться как портниха, которая все же осталась складывать все материалы и платья, которые нам не приглянулись, в ящики — помогла мне с корсетом. Переоделась я тоже очень быстро. Просто, не хотела упустить момент, когда все волшебство закончиться и пройдет мимо меня.
Выбежала в коридор с молниеносной скоростью и начала спускаться вниз. Прежде, посмотрела на то, что творилось в зале и сдержанно ахнула. Рабочих, которых мама пригласила — распустили по домам и внизу были только родные мне люди. Из угла в угол, где была уже установлена ель, сновала маленькая Рубина, которая осторожно носила большие елочные шары. Мои родители сидели напротив камина на диване и смотрели, как Шин и Усульф в очередной раз ссорятся. А теперь кажется, я поняла, почему Нэтт тогда на приеме так ухмылялась.
Они стояли друг напротив друга и бросали очередную фразу, которая ранила не хуже самого острого меча или зелья. Он пытался прикоснуться к ней, хотя бы на секунду, а она гордо вздергивала подбородок и ненавистно смотрела в его глаза, отдергивала руку, будто это не человек прикасался, а это ее электричеством ударило. Шин ласково ей улыбался не смотря на ее поведение и в его глазах было столько тепла, хотя действиями он показывал совсем другое отношение к персоне Верховной ведьмы. Ее будто это не расстраивало, она была сильной и независимой, но горькая усмешка, которая появлялась время от времени на тонких губах Усульф. У них — своя история, которая была очень запутанной и похоже на то, что никто не собирался извиняться. Хотя, эти двое понимали, какую боль причиняют себе и своему оппоненту.
Настасья Каземировна, была рада, что в нашем большом поместье, наконец-то появился ребенок. Детей она очень любила и поэтому, стала помогать маленькой Рубине. В дальнем углу, который был не освещен — сидели Грин и Дина. Я так рада, что они примирились и не будут устраивать сцен на праздник. А там, посмотрим, может и у них все наладится. Мэйла и нашей леди Виктории не было видно еще со вчерашней ночи. Осталось только гадать, куда они делись, но сейчас этот вопрос волновал меня меньше всего. Каина внизу тоже не обнаружилось, а вот средняя сестра и Лев.
Парень стоял над девушкой, которая лила слезы уже не в первый раз из-за этого подонка. Столько горечи в ее первых отношениях. Мне не нравится, что подруга страдает так сильно, потому что я знаю — она точно достойна лучшего мужчину для себя. Хотя, для меня Каин будет самым достойным. Надеюсь, что когда-то Мари поймет, Лев — это была неудачная шутка богов, вот и все.
Пока я размышляла, находилась в расслабленном состоянии — меня грубо схватили за плече и нажимая на оное с такой силой, что мне хотелось кричать на весь дом. Как бы там мне ничего не сломали. Но, предотвратив попытку крика — мне благополучно закрыли рот ладонью. Я кусалась, брыкалась, пыталась наступить на чью-то ногу, кто бы это не был. Мне уже было все равно на боль, я хотела взглянуть в глаза человеку, который покушался на меня в моем же доме! Хотя, уже находились желающие.
— Прекрати! — шикнул мне… да, это был Мэйл — собственной персоной. Как же я не додумалась-то, что это может быть он. — Знаешь, я же предупреждал, что еще раз увижу и беда будет! — меня толкнули, впечатывая в стенку. Я не могла пошевелиться, потому что лже-Мэил сделал клетку из своих рук, а мне открыли рот.
— Помогите-е-е-е! — прокричала я, что есть мочи, но никто даже не пошевелился. В конце коридора было какое-то движение, но даже оно не среагировало. — Спасите-е-е-е! — для больше уверенности сказала я, почти звериным голосом, потому что я охрипла и медленно впадала в истерику. Как так-то? Меня никто не слышит, хотя я так приличненько ору на все поместье.
— Зря стараешься, — словно прочитав мои мысли, сказал парень, который смотрел на меня. Кожа медленно, но верно покрывалась мурашками, которые создавали ледяной кокон отчаяния вокруг меня. В этот раз точно не повезет, потому что нельзя быть настолько везучей. Удача не может быть на моей стороне постоянно, но сегодня мне она очень срочно нужна! — Тебя никто не услышит, потому что я применил магию. Все празднуют, а моей девочке плохо? — спросили у меня вкрадчивым голосом, проведя рукой по скуле. Хотелось сбросить его руку, но я смотрела невидящим глазом куда-то вдаль и пыталась подумать о чем-то другом, чтобы не чувствовать прикосновения этого мерзавца. — Я не слышу! — впечатал большим кулаком на уровне моей головы.
— Да, мне плохо, — набралась сил и сказала я, удивленно хлопая глазами. Это было правдой. Хотя, лучше было бы, если я могла бы защититься, но сделать этого не могла, потому что понимала примерно какой прием использовал. Он по природе своей — выставил купол из магии. Такой, что никто не может ни войти, ни увидеть нас, ни услышать, потому что реальность осталась прежней. Только очень сильный маг, сможет увидеть смену магического поля. Да, именно увидеть, ни услышать, ни почувствовать. Очень многие сильные маги именно чувствуют и видят.
