Следующие пару дней от предыдущих особо не отличались. Разве что Эскель уверился, что Брин его избегает, а учитывая ее способность к телепортации, шанс где-то «случайно» её застать стремился к нулю. Специально же отправиться в ее комнату было выше его сил. Она его выставила, не желая слушать. А теперь он должен приползти к ней сам? К тому же он не знал, что мог бы ей сказать, что мог бы предложить ей обычный ведьмак? Где он, а где она?.. И Эскель скучал все больше и все больше пил. Каждый вечер. До беспамятства.
Удача улыбнулась ему только раз. Он направлялся на кухню, вспомнив, что нужно поесть, и совершенно не ожидал, что войдя в зал увидит ее. Она смеялась и кружилась в завихрениях снега. Украсив весь большой зал морозным узором, девушка продолжала создавать все новые искрящиеся снежинки. Она была такой красивой и родной, что у ведьмака защемило сердце от нежности. Но стоило Брин увидеть его, как все ее веселье вмиг угасло, а сама она буквально растворилась в воздухе, причем исчезла не абы куда, а ушла в прошлое. Ведьмаку снова оставалось только ждать, но в этот раз неизвестно чего. Он как никогда остро ощутил, как она была ему нужна, но нужен ли он ей? Разве было у них будущее?
====== Часть 27 ======
Но несмотря ни на что, он остался в медленно оттаивающем большом зале в ожидании. Он помнил, что Брин уходила в прошлое на час, и ждал ее появления, правда, не учел тех успехов, о которых говорила Йен в день их возвращения. Ни через час, ни через полтора часа девушка не вернулась, зато подтянулись практически все остальные обитатели замка. Зеленоватый свет все-таки появился в центре зала, когда Эскель уже почти перестал его ждать. Однако все внимание ведьмака тут же переключилось на руку Брин, с которой на пол капала кровь. Он даже, забывшись, задал ей вопрос, с тревогой глядя на порез и прекрасно видя, что оставлен он был острым клинком. Но Брин снова не задержалась внизу. Отказавшись от помощи, она исчезла по своим делам, а Эскель остался, снедаемый тревогой за девушку и чувством собственной бесполезности.
«Откуда этот порез? Что там приключилось? Насколько это опасно для нее? — ответа на эти вопросы он не знал, и задать их было некому. Кто он теперь такой Брин, чтобы она ему отчитывалась? Но озабоченность от этого не уменьшалось. — Продолжаю беспокоиться о ней даже сейчас, хотя она меня игнорирует! Что, черт подери, со мной не так?»
А в следующий же вечер она уже появилась вся в крови и сразу же начала медленно заваливаться на бок. Эскель в мгновенье ока преодолел ползала и успел подхватить ее до того, как девушка упала на каменные плиты.
— Брин! Брин! — позвал он. — Ты слышишь?! — со страхом спросил он.
Но глаза девушки медленно закрылись и она отключилась.
— Что с ней? — следом подскочила Йен. — Положи на стол! — скомандовала она.
Эскель подчинился, бережно уложив раненую чародейку на соседний стол. Йеннифер распахнула куртку, следом разорвала рубашку и склонилась над раной. Эскель сам не заметил, как крепко сжал руку Брин, ожидая вердикта.
— Это когти лешего, — озвучил Геральт то, что Эскель тоже уже понял. — Где она его нашла?
— Очевидно, в прошлом, — бросила Йен, в ее ладонях уже зажглось фиолетовое сияние, и она начала сосредоточенно водить над бессознательным телом Брин.
— Еще есть раны? — озабоченно спросила Трисс, подходя к столу с другой стороны и оттесняя Эскеля.
— Нет, только эта, — чуть помедлив, ответила Йен. — У нее сильное кровотечение.
— Сейчас остановим, — пообещала Трисс.
Теперь обе чародейки колдовали над Брин одновременно. Через несколько секунд кровь перестала лить из раны, оставленной когтем лешего, и чародейки немного расслабились.
— Я принесу заживляющий эликсир и обеззараживающую мазь, — сказала Трисс, отходя от стола.
— Я промою рану, — отозвалась Йен.
Эскель смог снова подойти поближе. Девушка была бледна, но дышала ровно. Видеть бессознательную окровавленную Брин с дырой в груди было жутко. Жутко от одной мысли, что рано или поздно все может кончиться куда хуже, и он никак не сможет это предотвратить…
Йеннифер с помощью Геральта аккуратно промывала рану водой. Вскоре вернулась Трисс, и работа закипела с новой силой. Не прошло и получаса, как от еще несколько минут назад кровоточащей раны остался лишь свежий рубец, да и тот, по заверениям Трисс, должен был пропасть через день другой. Геральт легко подхватил все еще бессознательную девушку на руки, и они с Йен вошли в портал, ведущий в комнату Брин. Весемир, появившийся через пару минут после происшествия и с тревогой наблюдавший весь процесс лечения, направился к себе следом. Трисс прибирала стол после лечения и собирала свои медикаменты, а Эскель все стоял на том же самом месте и смотрел на капли крови, оставшиеся на столе.
— Как она в итоге? — отмер ведьмак и обратился к рыжеволосой чародейке.
