— Что⁈ — Переспросил престарелый принц, мгновенно прекративший давить своей водой на почти уже лопнувший барьер Святослава и начавший с опаской прислушиваться к себе. Естественно, он ничего подозрительного не нашел…И от этого начал нервничать только больше! — Что ты со мной сделала, тварь⁈
— Лекаря!!! — Взвыла громче пароходной сирены эльфийка, в глазах которой плескался сейчас истинный ужас. Та его разновидность которую может испытывать лишь залезшая на вершину мира через постель фаворитка, чей покровитель вдруг обещает сыграть в ящик. Выронивший свой пылающий меч паладин, ну а кто еще это мог быть в такой броне и с такой символикой, метнулся к возможному наследнику британской короны, сразу и весь вспыхивая мягким белым светом, от одного взгляда на который душа Олега словно бы стала болеть самую капельку меньше. — Лекаря его высочеству, быстро!!!
Дальнейшего Олег к его некоторому сожалению толком не увидел. Был слишком занят тем, что спешно избавлялся от вполне себе исправно созданного «Покрова мертвого стазиса», впустую распыляя вокруг себя и Святослава облако теряющей стабильность некроэнергии. Выполненная из похожего на кость материала пластинка телепортационного маячка, вшитая ему под кожу в районе груди, нагрелась и дергалась, свидетельствуя о приближающей активации. Вернее, она не столько предупреждала своего владельца об этом факте, сколько производила своеобразную калибровку, обязанную занять от двух до пяти секунд. А потом Олег, Святослав и Камилла, которой подобная игрушка тоже досталась, на собственном опыте узнают, способны ли артефакты, сделанные дальним родственником Кровавых Богов, преодолеть те помехи для телепортации, которые установили британские маги.
Глава 21
Этот перенос в пространстве значительно отличался от большей части предыдущего опыта Олега, и чародей невольно вспомнил тот момент, когда он однажды подвергся принудительному путешествию через план огня. Хотя ничего общего в общем-то между ними и не было! В растянувшееся казалось бы на целую вечность мгновение он чувствовал, как его засасывает в пластину-маячок, не терзая плоть или ауру, но словно бы расплетая её на отдельные молекулы или даже еще более мелкие частички, затем протаскивает через изделие немертвого архимага, словно слишком толстую нитку через чересчур узкое игольное ушко, в процессе вращая сразу и по часовой оси, и против неё, и вообще в тех направлениях, которые в трехмерном или хотя бы четырехмерном пространстве даже теоретически невозможны, а после восстанавливает в том виде, в котором он и был раньше. И хотя разум понимал, что на самом деле произошло нечто иное, ибо подобного испытания бы даже архимаг не пережил или как минимум оказался бы вынужден потом регенерировать из состояния мясного пюре, но эмоции и разум русского боевого мага теперь метались как бешенные между отметками: «Никогда больше» и «Меня сейчас вырвет!».
— Не подходиии! — Дикий женский визг резанул уши Олега, который обнаружил себя упершимся лбом в какую-то стену и дышащим будто победитель марафонского забега, которого сразу после получения победного кубка злобные организаторы спортивного состязания заставили еще столько же в обратную сторону топать. Источником шума являлась орущая на сестру Камилла, что извивалась в своих наполовину разрушенных ледяных оковах будто червяк, выбирающийся из яблока. Большую часть покрывшего её тело саркофага на новое место перенесло вместе с самой француженкой-полукровкой, но примерно треть замороженный воды осталась в небе над Канберрой. Как и создатель самого заклинания, без влияния которого удержать почти настоящую демоницу подобная преграда не могла. — И убери свои дурацкие лекарства! У меня истощение! Я опасна! Я укушу! Я хочу тебя сожраааа…Крргх!
