Олег взвинтил наполненную энергией сияющую алую жидкость бешено вращающимся вокруг цели водоворотом, с относительной легкостью беря её под контроль благодаря примеси своей крови и заранее проведенному над той ритуалу. Долгому и довольно сложному, но зато дающему возможность смешавшим свою силу и жизнь чародеям управлять получившимся продуктом так легко, словно каждая его частичка — их собственная. И силу, которую Доброслава накопила в своей крови, чародей своей волей направлял на то, чтобы буйствующая вокруг магических барьеров субстанция ярилась сильнее, неслась быстрее, сжимала крепче, резала каждой своей волной будто острейшим всепробивающим лезвием…Одной лишь гидродинамики ему бы хватило, чтобы растереть в пыль каменную стену, но качественная защита держалась. А потом с неба ударили ослепительно яркие фиолетовые молнии, вонзившаяся в бушующую на одном месте аномалию. Сияющие от вложенной силы потоки электричества, присоединившиеся к кружащей на одном месте жидкости и ни капли не мешающие ей, закончили формирование чар пятого ранга, известных в Гиперборее как «Штормовой водоворот кровавого эфира». Хотя по нынешним меркам к старой классификации определенно стоило добавить либо еще один ранг, либо хотя бы плюсик какой-нибудь. Малая площадь поражения, не совсем мгновенное время формирования и медленные темпы перемещения в пространстве получившегося воплощенного кошмара, что мог свою цель одновременно разрезать, раздавить, закрутить вокруг своей оси и шокировать до полного испепеления, сполна искупались тем фактом, что подобное волшебство могло бы пробить навылет большую часть наземной бронетехники или летучих кораблей. И хорошо ещё, если поперек, а не вдоль.
— Аргх! — Олег почувствовал, как к его крови текущей в водовороте присоединятся и кровь, текущая у него из носа и глаз, а после вместе с потоками энергии устремляющаяся к буйствующему невдалеке заклинанию. Однако своей цели он добился. Превратил наполняющую кровь Доброславы энергию жизни в энергию смерти. Деяние формально-то не сложное, ибо сама суть некроса стремилась к поглощению праны и преобразованию его в себя, но сказать, что это было просто, значило бы сказать, что затащить пианино по лестнице на тридцатый этаж небоскреба — тоже просто. Одному. В полной темноте. Когда пианино живое, плотоядное, голодное и брыкается! Чего там думать-то? Берешь да тащишь не обращая внимания на попытки вывернуться из-под контроля, чтобы тебя сожрать…И то, что оно увеличивается в размерах⁈ — Ложись!!!
Сияющий алым и фиолетовым водоворот из крови и молний окрасился зеленым свечением силы смерти, когда к потокам крови и электричества присоединилась некроэнергия. Много некроэнергии. Очень много концентрированной некроэнергии, ибо прана для неё была примерно тем же, что и порох для огня. Губительный штормовой водоворот кровавого эфира обретал свою сокрушительную мощь, позволяющую убивать бессмертных духов и малоотличимых от них по степени живучести высших магов, поскольку в эпицентре этого рукотворного катаклизма магия могла разодрать на части, сразу же омертвить и обратить в ничто уже не только косную материю или обычную плоть, но и части чьей-нибудь ауры, возможно даже души. А еще получившееся у трех работающих вместе чародеев заклинание стремительно росло в размерах и утрачивало стабильность, всерьез бороться за которую Олег даже не пытался. Лишь бы ему и его друзьям хватило времени на то, чтобы спешно в окоп ссыпаться, который действительно мог бы оказаться и поглубже…
Технически никакого взрыва не было. Просто закольцованные прежде на одном месте потоки энергии рванули во все стороны сразу. Очень быстро рванули. Поэтому со стороны было похоже, что финальным аккордом этого могущественного заклинания, определенно достойного претендовать на шестой ранг, стала детонация. Может не такая масштабная и эффектная как ядерный взрыв, но примерно столь же губительная в своем эпицентре…Волна чего-то среднего между жидкостью, некросом и электричеством, прошедшая над головами Олега и его друзей, была уже не столь ужасна, хотя безусловно от обычного человека оставила бы в лучшем случае отдельные фрагменты скелета. Ну а до припаркованного в отдалении летучего корабля, прикрытого надежным защитным барьером, долетели лишь жалкие отголоски былой мощи, поскольку чуждая этому миру энергия стремительно рассеивалась в пространстве.
