Иные важные темы в людном месте Доброслава обсуждать отказалась, полностью сосредоточившись на том, чтобы следить за транспортировкой самых больших сундуков, украшенных большими восковыми печатями и перевитых массивными цепями. Да Густав, впрочем, и не настаивал, поскольку хорошо знал цену секретности, а также еще в детстве успел научиться терпению, без которого было просто невозможно часами сидеть в засаде на очередного магического зверя или неделями пробираться через сибирские чащобы от одного островка цивилизации до другого. Почти полчаса понадобилось на то, чтобы перенести все сундуки из трюма летучего корабля в надежный подвал…А после кащенитка-изгнанница оттуда выскочила, бросив напоследок: «Я покараулю снаружи!». И захлопнула снаружи дверь. Самый большой сундук немедленно воспарил в воздух, а цепь опутывающая его соскользнула сама собой, снеся восковые печати. Просторный прежде подвал вдруг показался Густаву очень тесным, поскольку его заполнила чья-то аура настолько могучая, плотная и насыщенная энергией, что казалось её можно пощупать руками.
— Измена⁈ — Мелькнула мысль в голове рода Полозьевых, который рефлекторно потянулся за оружием, но так его и не достал. Смысла уже не имелось. Он ничего не мог противопоставить той силе, что внезапно оказалась в самом сердце его дома. Возможно, если бы на этого врага получилось нацелить охраняющую город крупнокалиберную артиллерию, то шансы бы и были…А возможно и нет. — Эта кащенитская дрянь протащила в Буряное кого-то из старейшин своего проклятого племени⁈
— Дык, ох и запарился я, значица, в этой душегубке, — пожаловался воспаривший из сундука архимагистр. Архимагистр, которого Густав…Знал⁈ Он выглядел как Святослав — один из двух лучших друзей его сына. Он говорил как Святослав. Но этот высший маг ведь не мог быть Святославом — бывшим крестьянином, который несколько лет назад считал за счастье поесть досыта, денег не имел вообще и чуть ли не до слез благодарности радовался средней паршивости сапогам, ценою в пять рублей, которые заехавший ненадолго в гости к учившемуся в Москве Стефану глава рода Полозьевых ему как-то по случаю подарил на день рождения! — А исчо ведь, того-этого, кораблик толкать пришлось, маскируясь под особливую, значица, энергоустановку…Олег, ты енто…Вылезай! Приехали мы, а значица можно ужо всех наших сначала шокировать, а потом и эвакуировать…
— И Олег тоже⁈ Хотя о чем это я…Олег ведь всегда был самым умным, хитрым и пронырливым из этой троицы и её же движущей силой. — Густав никак не мог определиться, паниковать ему при виде второго сундука, который стал освобождаться от своих оков или все-таки трепетать в благоговении. А может, трепетать, но в священном ужасе. Как-то сами собой всплыли в голове упорные и вроде бы не такие уж безосновательные слухи, что этот молодой чародей баловался общением с какими-то темными силами. И сейчас мир как раз содрогался от нашествия ужасающих и беспрецедентных демонических орд… — Боги…Если этот бывший крестьянин теперь встал в один ряд с высшими магами…То каким же тогда монстром сам Коробейников стал⁈
Глава 7
Десятки сундуков, заполненных сербрянной посудой, зачарованными безделушками, жемчужными ожерельями, вырезанными из коралла безделушками, золотыми и серебряными монетами, а также прочим драгоценным и полудрагоценным хламом стояли в глубоком, но теплом подвале дома Густава Полозьева, с распахнутыми крышками, придавая помещению вид какой-то сказочной сокровищницы. Выставленные напоказ богатства служили последней линией обороны, что должна была хоть на несколько секунд замедлить непрошенных гостей, чем они попадут в следующую комнату, хранящую настоящие сокровища. Книги, свитки, каменные таблички и прочие хранилища информации, благодаря которым можно было узнать некоторые секреты древней Гипербореи или современных развитых держав, что иногда могло быть даже ценнее, ибо их адаптировать к существующим на сей день магическим и промышленным мощностям было проще. Заодно помещение этой относительно тайной библиотеки, доступ к которой имели немногие, обладало крепкими стенами и прекрасной магической изоляцией, а потому легко могло превращаться хоть в бункер, хоть в лазарет, хоть в тюрьму. Сейчас там тоже звучали громкие человеческие крики, но немного не такие, как бывало раньше.
