— Ну так, чавось решил, братец? — показал он в улыбке плохие зубы. Перегаром пахнуло ещё сильнее, пока их не было староста явно не раз приложился к бутылке.
— Я берусь. Мне нужны всё подробности, свидетели, если имеется. Ещё я напишу список необходимых материалов для ловушек.
Гойка просиял.
— Да-а, есть у нас свидетель. Баба, иди сходи за тем дурнем!
— Дедом Митькой? — почти не слышно пролепетала девушка.
— Ну конечно, коза! Знаешь ещё кого-нибудь хто эту гниду видал, а?!
Девушка тут же исчезла за дверью сеней.
— Зачем так грубо то? — возмутился Антоан.
— Бей бабу молотом, будет баба золотом! — мерзко ухмыльнулся Гойка- Запоминай, юнец.
— А меня вот учили… — твёрдо заговорил чародей поднимаясь из-за стола- Что женщин надо любить и защищать!
— Ой-ой, гляньте ка, сыскался защитничек! Может тебя в гузно пнуть, чтоб не совал носу в чужие дела?
На этот раз ссору прервал ведьмак, грохнув кулаком о столешницу с такой силой что вся посуда подпрыгнула на два дюйма, и гаркнув чтобы всё трое заткнулись.
Через несколько напряжённых минут в хату вошла жена старосты, а за ней старик с длинными седыми волосами и большой лысиной от лба до макушки. Дед Митька, хоть и был невероятно стар ростом и комплекцией мог потягаться с Вернером.
— Звал? — забасил старик. Бросив на Гойку ненавидящий взгляд.
— Звал, звал. Вот это ведьмак. — мужик кивнул на Вернера- Приехал чудисче валить.
— Да уж ясно не водку с тобой хлестать! — огрызнулся Митька- Привет, ведьмак. Знаю зачем позвал, но пойдём лучше ко мне.
Кампания удивилась такому предложению, но спорить не стали. Гойка даже не вышел их проводить.
— Про Чащобную смерть узнать хочешь? Ну так слушай. — начал старик по пути к невысокой хижине на отшибе Аарделы. — Выглядит жутко, так и знай! На три головы тебя выше, худющий. А голова-череп, лосиный.
— Лосиный? Не олений?
— Я уже пол века егерем живу, ведьмак. Лося от оленя отличу. Я его встретил когда в лес пошёл. Набрал ягод да грибов, а дичи совсем не встретил. Иду и понимаю что даже птиц нет, а то поздней весной было, после Беллетэйна. Шёл, шёл и тут как давай из всех кустов на меня зверьё! Волки одежду подрали, окружили и стоят, не кидаются больше. Я с жизнью то простоился, как тут из бурелома вышло это страховидло! — Митька сглотнул, на морщинистом лбу выступила испарина- Не знаю уж почему, но отпустил меня. Ему сама природа покорна, так и знай, хотел бы в два счета догнал меня! Али зверушки евоные.
— Что значит "ему природа покорна"? — прищурился Вернер.
— А то и значит. У нас в лесу только тропами ходить можно, буреломище непроходимое! А чудовище по нему что водомерка по озеру шёл!
Ведьмак прищурился ещё сильнее. Затем почесал бороду и помедлив сказал.
— Я знаю кто у вас завёлся. Это леший, но поведение странное.
— Леший? — удивился дед- Это тот, что лес хранит, заплутавших выводит, ежели они духом чисты, да браконьеров крапивой хлещет?
— Очаровательное заблуждение. — не улыбнувшись ответил Вернер- Но увы, лес он может и хранит. Вот только, заплутавшего или браконьера он скорее выпотрошит и бросит, зверям на съедение. Лешие очень территориальны и, как правило, выбирают свои угодья в самом начале жизни. Странно что он появился только сейчас, судя по твоим словам он уже весьма стар.
Старик провёл их до дома, пригласив внутрь. В хижине стоял тяжёлый запах рассохшегося дерева и выделанных шкур. Убранство, состоящее из пары старинных кроватей с матрасами на соломе, грубого самодельного стола, пары стульев и плетёных из травы матов на полу, освещал тусклый огонь в очаге, над которым томился и булькал небольшой казанок.
— Ну заходьте, гостюшки. — улыбнулся дед- Я не богат, но закон гостеприимства помню. Да и внуча просила вас приютить. — при словах о жене старосты в глазах Митьки блеснул печальный огонёк.
Троица села за стол, из найденых в углу ящика и поржавевшего сундука вышли пригодные сидения. Ведьмак сел на один из стульев, идеально подходящих под их с егерем комплекцию. Старик удивительно быстро, для его лет, слазил в погреб и достал небольшой бочонок и ведро с чем-то серо-зелёным, копошащимся и сильно пахнущим речной гнилью.
— Сейчас раки будут. — констатировал он, грохнув на стол бочонок и бросая в бурлящий котелок солидный пучок укропа и ещё какие-то специи. По хижине пополз приятный пряный аромат.
Через четверть часа всё четверо с апетитом разгрызали покрасневшие панцири и обильно запивали элем, с приятной терпкой сладостью в послевкусии. Вернер с Митькой на удивление быстро сошлись характерами и теперь увлечённо обсуждали какой именно способ рыбалки самый что ни на есть верный. Эмиль не пожелал скучать и тоже завёл беседу с Антоаном.
— Говорю тебе, нет ничего лучше, чем рыбу коьëм удить! — улыбнулся Вернер- Удочкой, конечно, тоже неплохо, но не то!