Странно, но призрак не уловил ни ауры иных, ни присутствия одарённых внутри комплекса зданий. На постах, словно сонные мухи, дремали афганские солдаты, остальные военнослужащие комендантского взвода, предавались сну в казармах. Гражданские ночевали в крыле, примыкающем к центральному корпусу дворца.
Сейчас я не чувствовал опасности, предвещающую большую беду, и это меня смущало. Полковник расцвёл, когда я рассказал о происходящем внутри дворца, и потребовал немедленно приступать к освобождению своей родни.
После того как БТР-60, подкатил к техническому въезду, Карзай, выпрыгнув наружу, устремился к КПП, разумеется, теневик, следовал за ним по пятам.
— Коменданта спецобъекта ко мне! — рявкнул полковник, и дежурный офицер, словно ужаленный, подскочил со стула. Его услышали и другие — несколько афганских солдат, высыпали с автоматами из комнаты отдыха. Ещё один вынырнул из будки часового, стоящей по другую сторону ворот.
— Полковник, это вы? — пролепетал лейтенант, словно увидев призрак. — Но Господин, неделю назад нам сообщили, что ваш вертолёт разбился в горах…
— Как видишь, лейтенант, я жив, — отрезал Карзай. — А теперь доложи, какие подразделения, кроме взвода охраны, находятся на спецобъекте?
— Господин, кроме нас здесь никого. Англичанин со своими псами освободили западное крыло позавчера. Ваш брат и его гости тоже куда-то уехали.
Выслушав лейтенанта, Карзай облегчённо выдохнул.
— Значит, брат был здесь… Лейтенант, куда он уехал?
— Господин, вы же знаете, он нам такой информации никогда не предоставлял, — промямлил офицер, потупив взор.
— Да где же этот комендант⁈ Я что, должен ждать до скончания веков⁈ — рявкнул Карзай, и лейтенант вздрогнул.
Несмотря на измотанный вид, полковник держался, как хозяин положения. Солдаты же, словно кролики, зачарованные удавом, боялись ему перечить и беспрекословно выполняли все его приказы.
Лейтенант схватился за телефон. Набирая трёхзначный номер, он стал крутить диск, но едва успел провернуть последний раз, как Карзай, словно коршун, выхватил трубку прямо из его рук.
Разговаривая с комендантом дворца, полковник принялся раздавать приказы, суть которых сводилась к одному: все афганские солдаты, кроме тех, кто стоял на постах, должны немедленно прибыть к техническому въезду для проведения смотра, разумеется, вместе со всем имеющимся на территории автотранспортом.
Карзай, распушил хвост, наслаждаясь своей властью. Меня это вполне устраивало, ибо штурм дворца, будет подобен взрыву гранаты. Я знал, мы справимся, но шум поднимется такой, что сюда слетятся все местные коршуны.
Задние ворота распахнулись настежь, и через десять минут у КПП выстроилось около двух десятков солдат и несколько офицеров. Возле автобуса и грузовика, словно всполошённые пчёлы, забегали механики, спешно готовя технику к выезду.
Карзай, словно одержимый, продолжал раздавать приказы. А когда один из младших офицеров осмелился попросить разрешения связаться со штабом, полковник влепил ему звонкую пощёчину, после чего все разбежались исполнять указания.
Прибежавший комендант ходил за полковником по пятам, как тень, а Карзай втемяшивал ему, что выполняемая задача — государственной важности, и о ней до поры нельзя сообщать никому. И хотя комендант бросал на полковника подозрительные взгляды, в открытую конфронтацию вступать не решался.
А ещё через пятнадцать минут я стал свидетелем трогательной встречи полковника со своими близкими. Судя по их поведению, Карзая действительно считали погибшим в авиакатастрофе. Десяток женщин, молодых и не очень, бросились к нему, словно к долгожданному спасителю. Выскочила стайка детей. Солдаты подкатили инвалидную коляску с седобородым аксакалом.
Понимая, что погрузка родни в транспорт может затянуться, я вновь обратил внимание на нервозность коменданта и почуял неладное. Чтобы проверить свои догадки, пришлось отправить теневика на осмотр территории.
Подозрения подтвердились почти сразу же. Призрак обнаружил солдата, который вёл себя очень подозрительно. Выскочив из пристроенной к дворцу казармы, он начал пробираться через сад, стремясь попасть к самой дальней части ограждения. Детальный осмотр выявил тщательно замаскированную калитку, ведущую за периметр дворцового комплекса.
В нынешнем состоянии теневик не мог его задержать, но кое-что попробовать мог. Решив пожертвовать мизерными остатками энергии и призраком, я дождался, когда трясущиеся руки солдата начнут ковыряться в замке. И как только он остановился, попытался провернуть один старый фокус.
По моему приказу теневик проскользнул сквозь тело афганца. Я не смог получить контроль над его мускулатурой, но заставил его выронить ключи и на пару секунд замереть на месте. Это позволило проникнуть в его сознание и понять, о чём он думает в этот момент.
В моей голове, словно на киноплёнке, замелькали обрывки его мыслей. И если им верить, то он мечтал о том, что сможет купить на рынке, после щедрой награды за доставленное сообщение.
Последнее, что я увидел перед тем, как призрак растаял, была спина убегающего афганца.
