— Слуги разлома предрекали, что опасность прилетит на самолёте с севера. Они обозначили дату и приказали не допустить прибытия русских десантников. Одно странно, Абдула осмотрел всех до одного русских после приземления, и ничего примечательного не обнаружил. Обычное мясо, годное только для принесения в жертву.
— Господин министр, я понимаю вашу озабоченность. И обещаю, лично принять все необходимые меры, чтобы устранить опасность.
— Я на это надеюсь.
— Господин министр, и всё-таки мы кое-чего добились. Мне удалось ещё раз связаться с предавшим нас офицером. Он готов вернуть русского в Кабул, если мы выполним его требования.
Как только полковник Карзай договорил, иной выкрикнул нечто неразборчивое и резко обернулся. И в тот же миг из его раскрытой ладони ударил луч света, развеявший моего теневика вместе с сумраком, в котором он скрывался.
— Турист, хватит дрыхнуть. Завтрак проспишь — кровать затряслась, и я уставился на Колобка.
Парень стоял у кровати, улыбался во все тридцать три, и протягивал мне дымящийся котелок. В животе заурчало, и это напрочь выкинуло из оперативной памяти размышления об увиденном в вещем сне. Отложив тяжкие думы на потом, я принял из рук ефрейтора горячий котелок и принялся с удовольствием поглощать макароны с тушёнкой, приготовленные по-флотски.
— А мне сейчас с Витей Дуплетом и Татарином в наряд заступать на блокпост у КПП — объявил Колобок.
— Ну хоть погреетесь в протапливаемом вагончике — ответил я, вспомнив, что над трубой КПП курился дымок.
— А про тебя Капустин почему-то ничего не сказал — с подозрением заметил Колобок.
— У меня на всю неделю свои наряды — уклончиво ответил я.
— Послушай, Турист, у меня дело к тебе есть — внезапно прошептал Колобок и заговорщицки осмотрелся.
— Если хочешь поговорить про янтарный пузырь, то пока не время — предупредил я.
Колобок отмахнулся.
— Да не, я про эту непонятную хрень даже думать не хочу. Я хотел узнать, а вот этого на что хватит? — спросил десантник и показал мне вытащенную из-за пазухи трофейную пачку афганей.
— Смотря чего ты хочешь на них прикупить? — ответил я, и Колобок призадумался.
— Зажигалку хочу, как у Фигуры. Он у кого-то из местных вчера на канистру соляры сменял. А ещё я слышал, что местные торгаши джинсы предлагали продать и какой-то навороченный радиоприёмник.
Протянув руку, я указал Колобку на его пачку денег.
— Давай-ка сюда бабки, а не то точно запалишься.
— Отдать, тебе? Ты же сам сказал, что с боя взято, то свято — напомнил возмутившийся Колобок.
— Давай, я сегодня всё равно в город пойду. Заодно постараюсь тебе что-нибудь фирменного прикупить.
— Да кто же тебя отпустит одного в Баграм? — не поверил Колобок.
Пришлось показывать ему выписанный капитаном Должанским пропуск.
Наличие документа с ротной печатью и на всякий случай вписанным в качестве сопровождающего, нашего интенданта, удивило Колобка. Однако уже через минуту ефрейтор справился с недоверием, и толстая пачка афганей перекочевала в мой вещмешок.
После этого Колобка позвал Татарин, и они вместе направились в сторону КПП. Я же отправился к стойке с умывальниками, которую поставили между палатками, пока мы лазили по горам.
Приведя себя в порядок, я осмотрелся и принялся ставить цели на сегодня. Первым делом надо разузнать насчёт транспорта. Обращаться к офицерам роты, советникам из двухэтажки или разговаривать с чем-то обиженной связисткой ликвидаторов, похоже, бесполезно. Придётся добывать всё самостоятельно.
Заметив, что вернувший нас вертолёт не улетел и по-прежнему стоит на площадке у боксов, я направился прямиком туда.
Рядом с МИ-8 крутился пилот с парой механиков из местных. Им помогал наш горный проводник. Завидев меня, Махмуд подошёл сам.
— Здравствуй шурами Турист. Чего пришёл?
— Пилота желаю поблагодарить, за то, что он нас вытащил. А ещё мне с ним и с тобой кое-какие торговые дела обсудить надо.
— Лично благодарить необязательно. Вертолётчику ваш начальник в чёрном пиджаке, много денег обещал дать после того, как комиссия расследование проведёт.
— Если ждать комиссию, то деньги он нескоро получит — предрёк я и вытянул из вещмешка богато украшенный кинжал в серебряных ножнах. — А я сейчас хочу человека отблагодарить.
Пилот принял кинжал как должное. К тому же оказалось, что он учился лётному делу в СССР и вполне сносно говорит на русском. Я не стал юлить и сказал, что мне надо кое-что узнать и прикупить. А буквально через десять минут мы сидели в бытовке механиков и пили чай вприкуску с цукатами и орехами.
— Первым делом хочу узнать, кто приказал за нами вернуться? — спросил я, после того как были заданы церемониальные вопросы о родне и близких.
— Полковник Фархад Карзай приказал — вполне честно ответил пилот. — Он как узнал о появившихся в долине воинов племенного союза, вместе с солдатами сразу улетел. А потом мне по рации приказал вылететь и осмотреть перевал.
